0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Православию в Китае далеко до церковной полноты

Православию в Китае далеко до церковной полноты

Совсем не шелковый путь к русской вере

Об авторе: Cофия Скловская – журналист, востоковед.

Даже в Покровском храме трудно обнаружить
следы былого Харбина.
Фото Милены Фаустовой

Мы находимся на самом краешке мира – в «ароматной бухте». Так переводится название главной гонконгской гавани Абердин. В небольшой комнате на 12-м этаже высотного здания расположился православный приход в честь святых апостолов Петра и Павла. Именно в Гонконге бьется сердце русской миссии, основанной в 1713 году.

Отсюда ныне осуществляется управление крохотными русскими общинами по всей Поднебесной. Об этом несложно догадаться: священники (всего в Китае сейчас около 10 клириков РПЦ) при спорных вопросах отсылают к настоятелю гонконгского прихода протоиерею Дионисию Поздняеву. Протоиерей Дмитрий Лукьянов, окормляющий приходы в Шэньчжэне и Гуанчжоу (провинция Гуандун), так отвечает на вопрос о том, как он попал на служение в Китай: «Я занимался миссионерскими экспедициями на Русский Север. Как-то на одном из миссионерских съездов в Москве меня представили Дионисию Поздняеву в качестве кандидата в Китай. Было велено – учить китайский и служить». Андрей Бухтеев приехал в Китай по своим предпринимательским делам: он занимается торговлей пиломатериалами и вином. Долгое время был старостой православной общины портового города Далянь (провинция Ляонин на Ляодунском полуострове), пока в 2018 году после встречи с Поздняевым и заочного обучения в Хабаровской семинарии не состоялось его рукоположение. До приезда в КНР китайский язык факультативно в Московской духовной семинарии изучал только настоятель шанхайского общины священник Иоанн Щелоков, который познакомился с главой гонконгского прихода во время учебной стажировки на Тайване, после чего тот предложил помогать ему на выходных, а по будням учиться в Университете Гуанчжоу.

Исповедание с китайской спецификой

Мне удалось посетить несколько богослужений в высотном гонконгском приходе Петра и Павла. На субботнем всенощном бдении народу почти нет, за исключением алтарника Дмитрия, китайца, имеющего русские корни, еще двух человек и меня. Дионисий Поздняев сам ведет службу. На воскресную литургию верующие все-таки подтягиваются – в основном русские. Православных китайцев немного.

Малайзиец китайского происхождения Алексей, находящийся в Гонконге проездом, рассказывает, что родился в буддийской семье. Сначала на своем пути он встретил мормонов, но оставил эту деноминацию, которая показалась ему слишком модернистской. Гонконгский китаец Петр объясняет, что познакомился с православием во время туристической поездки в Россию и ему оно тоже импонирует своей консервативностью, хотя это иногда и причиняет неудобства. «Самое сложное в православии для меня – русская культура, язык. Существующие переводы на китайский язык не очень хорошие, поэтому мы в основном знаем православие по англоязычным материалам», – говорит он. Кроме еще одного православного китайца и алтарника Дмитрия, выучившего русский язык в Иванове, представителей титульного народа в этот день больше не появилось. Дмитрий по секрету сообщает мне, что большинство местных предпочитают посещать расположенный неподалеку приход Константинопольского патриархата. Отправляюсь туда и я, но оказывается, что из-за протестных акций богослужение отменено епископом.

Но мне хочется во что бы то ни стало познакомиться именно с китайцами, пленившимися православием, и расспросить их о причинах выбора веры. Такие верующие, как мне сказали, есть в приходах Даляна, Шэньчжэня и Гуанчжоу. Связываюсь со священниками этих приходов через китайские социальные медиа, те, в свою очередь, передают мне контакты своих духовных чад на условиях строгой анонимности.

В виртуальном пространстве местные оказываются куда более разговорчивыми, чем в жизни. Первый же запрос к незнакомой китаянке приносит мне серию коротких звуковых сообщений, в которых молодая женщина, пожелавшая остаться неназванной, рассказывает о своем пути к православной вере. Выросшая в буддийской семье, в студенческие годы она столкнулась с жестокой депрессией и именно тогда решила почитать Библию. Вскоре девушка стала активным членом даляньской протестантской общины. Однако удовлетворения не было: «В протестантизме мне только говорили, что Бог любит меня, но я никак не могла этого почувствовать». Особенно китаянку огорчило женское лидерство в общине. Именно в тот период интенсивных духовных поисков она познакомилась с американцем, который рассказал ей о восточном традиционном христианстве и привел в местную православную общину. После этого она приняла крещение у священника Иоанна Щелокова. Еще одна китаянка рассказала, что и ее к православной вере привел все тот же американский друг.

Молодой человек, с которым я тоже вступила в диалог, поведал, что стал протестантом в 2012 году, но был обескуражен обилием толкований Священного Писания. «Поскольку я не обладаю умением отличить истинное толкование от ложного, я буду посещать самую традиционную церковь. Так я пришел к православию», – сказал он.

Протоиерей Дионисий Поздняев координирует
работу русских общин по всему Китаю.
Фото с сайта www.orthodoxy.hk

«Катюша» и колокольный звон

У главного железнодорожного вокзала Харбина встречает меня недавно отреставрированный Иверский храм. Мой отель находится неподалеку, на улице Гоголя, по-китайски «Гуогели дже». Звучит «Катюша», вокруг лавки с русскими товарами. Поодаль на небольшом пятачке стоят церкви трех христианских конфессий: католический собор, баптистский дом молитвы и русский Покровский храм.

Верующих на богослужении в русской церкви – человек 20. Из них русских не более пяти, все остальные – китайцы. И все же они далекие потомки русских эмигрантов, догадываюсь я, рассматривая широкие открытые лица. Служба идет на русском. На китайском дублируются только самые значительные места литургии. Позже священник рассказал мне, что по-китайски хор выучился петь совсем недавно.

После литургии общая трапеза в общинном доме, но немногочисленные русские стараются улизнуть до ее начала. «Каждую неделю одна и та же похлебка да рис», – сетует Сергей, один из координаторов русского клуба Харбина. Подают действительно густой суп из капусты и картошки и пустой рис. После еды беседую со священником Александром Юй Ши и постоянной прихожанкой Ниной, единственной из китайцев, кто еще может разговаривать на русском. Священник рассказывает, что, когда ему было 39 лет, его и еще одного мужчину выбрала община для обучения в семинарии в России. Община же договорилась об обучении с китайскими властями, которые, в свою очередь, связались с Отделом внешних церковных связей (ОВЦС) Московского патриархата. До этого Юй Ши уже бывал в Москве, учился коммерции. Нина говорит, что русской была ее бабушка, которая с детства водила ее к православной литургии, а в годы культурной революции верующие молились дома.

И все-таки, несмотря на купола и колокольный звон в городе, который заслужил прозвище Русской Атлантиды, местных жителей русского происхождения, как и в других приходах КНР, совсем немного.

Поместная – но еще не церковь

По мнению Дионисия Поздняева, встречающаяся в публицистике цифра в 15 тыс. православных верующих в Китае означает общую численность русских как малой народности КНР, из которых далеко не все верующие РПЦ. «Православных из них около 2,5 тыс.», – утверждает клирик. Священник Андрей Бухтеев говорит, что в его даляньской общине от 15 до 30 человек. В Шэньчжэне-Гуанчжоу по трое верующих в каждом городе, рассказывает протоиерей Дмитрий Лукьянов. Одна из самых крупных православных общин страны – шанхайская, в ее группе в китайской социальной сети состоят около 500 человек. «Китайцы есть, из смелых, постоянно участвующих в богослужении ходит пять человек. Из более осторожных, приходящих только на Рождество и Пасху, более 30», – рассказывает священник Иоанн Щелоков. Есть православный приход в Пекине, но и там китайцев немного.

Дионисий Поздняев определяет свою главную задачу в подобных условиях так: «содействие нормализации положения Китайской православной церкви», созданной на базе Русской духовной миссии в 1957 году решением Синода РПЦ, представляется проблематичным. Под нормализацией понимается «процесс или комплекс мер, направленный на то, чтобы церковь осуществляла полноценное служение». Для этого нужны клирики, здания и верующие.

В середине 1960-х годов с разницей в несколько лет умерли два китайских епископа, соперничавших за звание первоиерарха Китайской автономной православной церкви (КАПЦ): ставленник Москвы Василий (Шуан) и его соперник Симеон (Ду). На этом прервалась епископская линия, а в начале 2000-х годов умерли последние китайские священники Георгий Чжу и Александр Ду Лифу. В 1997 году Синод РПЦ постановил, что в условиях отсутствия в Китае собственного предстоятеля церкви временным главой местных общин считается патриарх Московский и всея Руси.

В настоящее время в КАПЦ, по словам Дионисия Поздняева, есть два православных священника-китайца: кроме Александра Юй Ши в Харбине служит Павел Сунь. В марте 2018 года между ОВЦС и Русско-китайской рабочей группой по сотрудничеству в религиозной сфере было заключено соглашение о подготовке священников в России. Однако практических шагов в этом направлении пока не предпринято. «Китайцам нравится общаться с иностранцами, особенно с иностранцами, которые говорят на китайском», – объясняет настоятель гонконгского прихода востребованность священников из России. «С инициативой о подготовке священника должна выступить община верующих», – говорит Александр Юй Ши. С этим согласен и Поздняев: «В конечном итоге все упирается в вопрос самоорганизации общин». Однако православие не считается одной из пяти официальных религий КНР, поэтому получить права на регистрацию такой общины очень сложно. «Очень много требований, – говорит Александр Юй Ши, – а у нас ведь люди бывают и неграмотные. Нам это очень сложно».

Читать еще:  УЗЕЛЬЦЫ ТРИ ЗЛАТА — ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Сейчас в Китае у православия статус религии русского национального меньшинства. Обряды можно совершать в местах, официально зарегистрированных под ведение религиозной деятельности по приглашению местной религиозной общины и с санкции местного отделения Государственного управления по делам религий КНР. При этом присутствие китайцев на богослужениях фактически запрещено.

Существующие приходы РПЦ в уникальных случаях используют для богослужений здания официально зарегистрированных религиозных общин (католиков) и помещения дипмиссий России или других стран. Например, в Пекине богослужения совершаются в храме на территории посольства РФ, официально зарегистрированном как музей. В Шанхае, по словам Иоанна Щелокова, приход не зарегистрирован вообще. «Это для нас, иностранцев, невозможно, а количества граждан Китая недостаточно для регистрации», – говорит он. Часто богослужения совершаются на квартирах, что нарушает китайское законодательство. Церковные же здания русской духовной миссии, несмотря на начатый в 1980-х годах процесс реституции, находятся в собственности КНР. Заявлять на них права некому, так как КАПЦ на национальном уровне не представлена. В настоящее время она существует только «канонически», то есть, по словам священника Дионисия Голубева, «в умственных построениях».

Возможно, поэтому, говорит Александр Юй Ши, РПЦ больше волнует «вопрос восстановления духовной жизни» в Китае, чем регистрация приходов. Тем более что китайские власти «относительно благожелательны» по отношению к представителям Московского патриархата. Поздняев все же добавляет назидательно: «Всем китайцам, кто бы их ни крестил, надо объяснить, что они прихожане КАПЦ».

Из морозного Харбина возвращаюсь на китайский юг – в Чэнду, столицу провинции Сычуань. Здесь встречаюсь с единственным в 11-миллионном городе православным китайцем Джоном. Джон носит традиционную китайскую одежду и буддийские четки. Он работает медбратом в больнице и говорит на практически идеальном американском английском. Выходец из буддийской среды, он может часами рассказывать о течениях китайского буддизма, но его давно обратил в православие американский проповедник.

Джон переводит с английского и распространяет в группах в китайских социальных медиа тексты христианской тематики. Пока результата от этой «миссионерской» деятельности практически никакого, зато в процессе Джон встретил свою невесту. Нино долго вела подобные протестантские группы, в одной из которых они и познакомились. Сейчас девушка готовится принять православие в гонконгском приходе РПЦ.

Смена вех китаеведения

Ну и немного о том, как среди эмиссаров Московского патриархата происходит переоценка ценностей в области академического востоковедения. Протоиерей Дионисий Поздняев подарил мне отпечатанную в созданном им издательстве православной литературы брошюру о Петре Каменском, отметив, что этот начальник одной из духовных миссий забыт незаслуженно, а заслуги знаменитого Иоакинфа Бичурина, наоборот, чересчур превозносятся. Каменский рачительно вел дела, аккуратно служил литургию и направлял отчеты в МИД, снискав славу человека, критически настроенного к китайской культуре. Архимандрит Иакинф же, «не стесняясь, ходил в Пекине по базарам, гостиницам и всяким народным собраниям, удовлетворяя тем своей научной любознательности и любви к наблюдениям». «Мне эти величины представляются просто несопоставимыми. Бичурин подарил русскоязычным исследователям прямой доступ к официальным историописаниям Китая без европейских посредников. Каменский, притом что его роль сейчас переоценивается, даже приблизительно не создал ничего подобного. По-моему, он не более чем талантливый организатор, – считает Дмитрий Желобов, старший преподаватель Уральского федерального университета, научный сотрудник Сычуаньского университета (КНР). – Кроме того, Каменский, по всей видимости, не любил Китай и его культуру, а это всегда плохо отражается на результатах научной деятельности».

Может быть, и не только научной, учитывая положение дел в китайских приходах РПЦ.

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Визит патриарха в Китай укрепил веру в возрождение православия в КНР

МОСКВА, 15 мая — РИА Новости. Первый визит патриарха Московского и всея Руси Кирилла в Китай 10-15 мая прошел успешно и показал особый уровень российско-китайских отношений, в том числе, в религиозной сфере. Это позволяет надеяться, что в скором времени будут сделаны следующие важные шаги в начатом процессе возрождения православия в КНР — рукоположение первых китайских священников, а в перспективе создание епископата и регистрация Китайской автономной православной церкви.

Самолет с делегацией Русской православной церкви, вылетевший из Шанхая, приземлился в среду поздно вечером в аэропорту «Кольцово» в Екатеринбурге.

Визитом доволен

Сам патриарх перед отлетом из КНР заявил, что «очень положительно» оценивает результаты своей поездки. По его словам, власти Китая осознают значимость религиозного фактора в жизни своего народа и важность православия в развитии российско-китайских отношений.

«Китай за последние годы явил всему миру пример, может быть, самого динамичного развития… совершенно не удивительно, что в стране происходит, в том числе, и возрождение религиозной жизни, потому что если бы какие-то отдельные аспекты общественной жизни развивались, а другие стояли на месте — это бы создало напряжение и было бы неполезно для жизни общества», — сказал патриарх журналистам в среду в Шанхае.

Большое впечатление на предстоятеля Русской православной церкви произвела встреча в Пекине с председателем КНР Си Цзиньпином, который выразил готовность к диалогу по любым вопросам, в том числе и религиозным. «Вы первый патриарх Московский и всея Руси и первый высший религиозный лидер России, который посещает нашу страну. Это яркое проявление высокого уровня и особого качества китайско-российских отношений», — отметил Си Цзиньпин в день начала визита.

В беседах с председателем КНР, а затем с руководством Государственного управления по делам религий Китая поднимались вопросы положения Китайской автономной православной церкви (получила автономию от РПЦ в 1956 году), которая пока не зарегистрирована в стране.

Особые чувства у патриарха вызвало общение с православными верующими Китая, первая за 50 лет Божественная литургия в кафедральном соборе в Шанхае в честь иконы Божией Матери «Споручница грешных» и встреча с представителями китайского православного духовенства — несмотря на преклонный возраст, из-за которого сами уже не могут регулярно служить, они приняли участие в этой литургии. Патриарх выразил надежду, что власти Шанхая разрешат иногда проводить православное богослужение в кафедральном соборе города, который сегодня используется в выставочных целях. «Я бы очень высоко это оценил, а вместе со мной это бы оценил весь русский народ», — сказал патриарх на встрече с зампредом постоянного комитета Шанхайского собрания народных представителей Чжун Яньцюнь.

После службы в Покровском храме Харбина патриарх Кирилл поблагодарил китайских верующих за то, что они сохранили верность православию, несмотря на непростые условия. Покровская церковь — единственный действующий православный храм в городе, относящийся к юрисдикции Китайской автономной православной церкви. Регулярное богослужение там не проводится с 2000 года, когда умер последний настоятель храма священник Григорий Чжу.

Во время осмотра Софийского храма Харбина (центра русской эмиграции XX века) патриарх выразил обеспокоенность состоянием некоторых храмов города и выступил за их восстановление.

Возрождение Китайской православной церкви

Глава отдела внешних церковных связей (ОВЦС) Московского патриархата митрополит Волоколамский Иларион, сопровождавший в поездке патриарха Кирилла, заявил РИА Новости, что позиция российской стороны заключается в том, что Китайская православная церковь «должна в конечном итоге получить регистрацию в качестве религиозного объединения, у нее должен быть свой епископ, свои священники и действующие храмы».

Сегодня китайских православных священников в стране нет, что, по словам представителей Московского патриархата, затрудняет полноценную религиозную жизнь православных верующих в республике. В настоящее время по согласованию с китайской стороной в духовных школах России обучаются два китайских студента с перспективой стать священниками.

«Визит святейшего патриарха Кирилла — это проект, который долго готовился нами в диалоге с государственным управлением по делам религий, и мы рады, что эта подготовительная работа сейчас увенчалась успехом, что визит проходит на очень высоком уровне. Я бы сказал, на максимально высоком уровне состоялась встреча патриарха с государственным руководителем КНР. Это беспрецедентное событие, особого рода и особого значения, таких не было ни в истории Русской церкви, ни в истории Китайской народной республики, потому что после 1949 года государственный лидер Китая не встречался с руководителем какой-либо христианской церкви. Мы надеемся, что это событие откроет новые возможности для нашего диалога и взаимодействия по религиозной тематике», — сказал митрополит Иларион.

Читать еще:  Быть православным в Пакистане

Примечательно, что поездка предстоятеля РПЦ состоялась в год 300-летия учреждения Российской духовной миссии в Китае. Как отметил замглавы ОВЦС, эксперт по межправославным отношениям протоиерей Николай Балашов, в российско-китайских отношениях православию принадлежит совершенно особая роль.

«Российская духовная миссия осуществляла свою деятельность тогда, когда дипломатической миссии Российского государства на территории Китая еще не было. Десятилетиями духовная миссия была единственным связующим звеном между Россией и Китаем», — сказал РИА Новости Балашов. Священники миссии были и первыми российскими синологами, именно им были обязаны наши соотечественники первому знакомству с историей, языком и культурой Китая.

По данным МИД РФ, в КНР официально признаны пять религиозных конфессий: буддизм, даосизм, ислам, католицизм и протестантизм. По официальной статистике, в Китае насчитывается свыше 100 миллионов верующих, в том числе 20 миллионов мусульман, 16 миллионов протестантов и 5 миллионов католиков. Экспертные оценки — до 300 миллионов верующих, в том числе около 100 миллионов последователей буддизма, 40 миллионов протестантов, 13 миллионов католиков, 20 миллионов мусульман. Государство строго контролирует религиозную сферу. Согласно существующим законам, китайские конфессии должны быть полностью независимы от религиозных организаций за рубежом.

Биография

Родился 13 ноября 1970 года в Пскове. Мать — искусствовед, отец — писатель и журналист.

Проходил срочную службу в войсках связи. Вернувшись из армии, сразу поступил в семинарию.

В 1993 году окончил Московскую духовную семинарию.

В 1993 году рукоположён в сан диакона, а в 1994 году рукоположён во пресвитера. Нёс пастырское служение в московском храме святого князя Владимира в Старых Садех.

В 1994 году впервые побывал в Китае с частным визитом, побывав Пекине и Тяньцзине по приглашению крестника — московского китайца. «После этой поездки как-то с разных сторон многое, связанное с Православием в Китае, стало ко мне приходить: документы, встречи, знакомства. Стала понятной проблематика Православной Церкви в Китае».

В 1995 году узнал о русских лётчиках, попавших в индийскую тюрьму, которым грозила смертная казнь. Обратился к главе ОВЦС митрополиту Кириллу (Гундяеву) и к правозащитникам. Вошёл в состав созданного в том же году международного комитета гуманитарной помощи по спасению русских лётчиков, приговорённых в смертной казни в Индии (комитет возглавлял ректор МГИМО Анатолий Торкунов; в состав также входили Карина Москаленко, адвокат Анна Ставицкая, Григорий Ковриженко — заместитель председателя Российской ассоциации содействия ООН). Крестил русских лётчиков в индийской тюрьме. В итоге, общими усилиями в 2000 году лётчики были освобождены.

В 1996 году посетил Китай второй раз в составе международной делегации. «В эту же поезду я посетил Посольство России и познакомился с Послом И. А. Рогачевым, который на удивление тепло отнесся к идее возобновления богослужений на территории Посольства, где до 1956 года располагалась Пекинская Миссия. В вот же приезд я и послужил там — впервые после 40-летнего перерыва. По возвращении в Москву после доклада владыке Кириллу об итогах поездки я получил предложение работать в ОВЦС, занимаясь китайской проблематикой».

С 1997 года — сотрудник Секретариата по межправославным связям и загранучреждениям Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата, Директор Центра изучения проблем православия в Китае.

3 мая 2000 года в храме Живоначальной Троицы в Хорошёве митрополитом Смоленским и Калининградским Кириллом награждён наперсным крестом.

C 1 по 8 октября 2002 года посетил КНДР по приглашению Общества верующих Корейской Народно-Демократической Республики.

Стал одним из инициаторов обсуждения в православной среде отношения к восточным единоборствам и проведения круглого стола «Православное сознание и боевые искусства».

На период строительства храма в честь Живоначальной Троицы в Пхеньяне, заложенного в июне 2003 года, осуществлял пастырское попечение о православных верующих в Пхеньяне, богослужения совершались на территории Посольства РФ в Пхеньяне.

Служение в Гонконге

В 2003 году решением Священного Синода Русской православной церкви назначен настоятелем прихода храма святых апостолов Петра и Павла в Гонконге.

6 июня 2006 года в Троицком соборе Данилова монастыря возведён в сан протоиерея.

В ноябре 2006 года стал вице-президентом православного братства всех китайских святых.

С 2007 года — директор Центра русского языка в Гонконге, а также член Общества Российско-китайской дружбы.

В 2008 году во время Олимпийских игр в Пекине оказывал духовную поддержку сборной России.

26 октября 2008 года был избран председателем Совета соотечественников (автономной структуры Координационного совета соотечественников в Китае), созданного решением первой конференции соотечественников Гонконга и Макао (автономная территория в составе Китайской Народной Республики).

Регулярно совершает богослужения в Гонконге, Пекине, Шэньчжэне и Гуанчжоу, осуществляет миссионерскую деятельность.

Вместе с китайцами — профессиональными переводчиками, а также слушателями и выпускниками православных духовных училищ ведёт работу по переводу литургических текстов на китайский язык. Является директором «China Orthodox Press» — первого китайского православного издательства, открывшегося в 2014 году в Гонконге.

Женат, имеет двоих сыновей. Владеет английским, немецким и китайским языками.

29 сентября 2019 года за богослужением в домовом храме Петропавловского прихода руководителем Управления Московской Патриархии по зарубежным учреждениям митрополитом Корсунским и Западноевропейским Антонием (Севрюком) награждён орденом преподобного Серафима Саровского III степени — протоиерею Дионисию Поздняеву во внимание к его 25-летнему служению Церкви в сане пресвитера.

День Сергия Радонежского 2021: что нельзя делать и как помолиться святому

В пятницу, 8 октября, православная церковь будет чтить выдающегося подвижника, преподобного Сергия Радонежского. Этот святой считается покровителем учащихся и всех страждущих.

В народе праздник известен под названием Капустник, а также Курятник. О главных традициях и приметах этого дня читайте далее в материале OBOZREVATEL.

Кем был Сергий Радонежский

8 октября (25 сентября по старому стилю) считается днем преставления (земной кончины) преподобного Сергия Радонежского. Это один из самых почитаемых в православии святых, игумен Радонежский, основатель Троице-Сергиевой Лавры. Почитается как чудотворец, заступник учащихся и всех страждущих.

Преподобный родился в 1314 году в семье праведных бояр Кирилла и Марии, при рождении ему было дано имя Варфоломей.

В житии Сергия Радонежского говорится, что с ранних лет ему тяжело давалась учеба и учителя его нередко наказывали. Но однажды мальчик встретил в поле старца. Они пообщались, помолились и съели просфору – после этого Сергий стал учиться лучше многих ровесников.

Известно, что святой тихим и кротким словом мог смягчить сердца даже самых ожесточенных князей и воинов. Он также известен рядом чудесных исцелений. Преподобный умер в глубокой старости, 8 октября 1392 года, заповедав иметь «страх Божий, чистоту душевную и любовь нелицемерную». Его мощи покоятся в Троице-Сергиевой лавре.

Традиции в День Сергия Радонежского

В день памяти Сергия Радонежского верующие посещают церковную службу, чтобы помолиться святому. Преподобного просят о помощи при трудностях в обучении, сложных жизненных ситуациях, о защите страны от врага. Он также является заступником вдов, детей и тех, кто назван именем Сергей.

В народе праздник прозвали «Курятник», поскольку святого Сергия считали покровителем домашней птицы. Также 8 октября отмечали «Капустник»: по поверью, заквашенная сегодня капуста должна храниться долго и хорошо.

В знак уважения к святому в домах наводили порядок, ходили в баню и одевались в чистую одежду. Хозяйки подавали к столу выпечку с капустой – это сулило мир и достаток.

Молитва святому Сергию Радонежскому

Как и в любой другой церковный праздник, 8 октября следует быть особенно внимательным к поступкам и помыслам: стараться ни с кем не конфликтовать, не повышать голос и не сквернословить. Также не следует отказывать в помощи нуждающимся и не злоупотреблять алкоголем.

Согласно народным поверьям, на Сергия Радонежского запрещено поднимать деньги и прочие ценности с земли (примета к бедам), а также подавать к столу блюда из куриного мяса или яиц.

Ранее OBOZREVATEL рассказывал, какие христианские праздники отмечаются в октябре 2021 года в Украине. На этот период у православных выпадает несколько важных церковных дат.

Православная Жизнь

Протоиерей Дионисий Поздняев об особенностях священнического служения в Гонконге и главном интересе китайцев в Православии.

По преданию, ещё апостол Фома отправился в Китай с проповедью Христовой вести. Однако до династии Тан (618–907 гг.) не сохранилось документальных источников, подтверждающих присутствие христиан в этом регионе. В VII веке в Поднебесной империи распространилось несторианство, которое после указа императора У-цзуна о роспуске монастырей в IX в. прекратило своё существование. В XIII в. на китайские земли пришли католики (сначала францисканцы, спустя несколько столетий – иезуиты). В XVII в. началась история православной миссии в этой стране.

Что же представляет собой Православная Церковь в современном Китае, в частности в Гонконге? Какова специфика православной миссии и служения священника в этом крае? На эти и другие вопросы отвечает протоиерей Дионисий Поздняев, настоятель храма Святых апостолов Петра и Павла в Гонконге (с 2003 г.), миссионер, специалист по истории православия в Китае.

Читать еще:  Мария МАЦУСИМА:"ВЕРА ДОЛЖНА ВЫЗЫВАТЬ ЧУВСТВО ДИСКОМФОРТА"

– Какими юрисдикциями представлено сегодня православие на территории Китая?

– Это Китайская Автономная Православная Церковь, которая была учреждена Московским Патриархатом в 1957 г., хоть и без участия Собора и рецепции другими Патриархатами. Функционирует приход Московского Патриархата на территории посольства РФ в Пекине, а также приход РПЦ в Гонконге, где находится также митрополия Константинопольского Патриарха, учреждённая в 1997 г.

– А в Гонконге из трёх христианских конфессий какая численно является доминирующей?

– В Гонконге больше всего католиков: 7 % от общего населения.

– В чём принципиальная специфика православия в Китае по сравнению с Православными Церквями других азиатских стран: Монголии, Сингапура, Индонезии, Японии, Индии и т. д.?

– В Китае Православная Церковь не столько окормляет эмигрантов (они временно пребывают на территории Китая, как правило), сколько старается максимально концентрироваться на миссионерской работе.

– Какие основные направления православной миссии в Китае сегодня?

– Формы православной миссионерской деятельности разнообразны: это и богослужение на родном для китайцев языке, и образовательные программы на китайском языке, и перевод церковной литературы. Переводы включают большой корпус богослужебной литературы, катехизической. Есть и святоотеческие труды, и жития святых. Все переводы представлены в нашей онлайн-библиотеке. Это несколько десятков книг.
Однако многое ещё предстоит сделать. Так, актуальной является проблема отсутствия в китайском языке лексических стандартов православной терминологии. Переводов на китайский язык церковных (особенно богослужебных) текстов не так много, как хотелось бы. Осуществление переводов – это кропотливый процесс, требующий времени и внимания. Также наблюдается значительный дефицит святоотеческих толкований Священного Писания.

– Решён ли вопрос о регулярных богослужениях в православных храмах Китая?

– В КНР эта проблема до сих пор не развязана, как в Гонконге, на Тайване. В Китайской Народной Республике, во-первых, не хватает духовенства, во-вторых, есть общины без храмов и храмы, которые не переданы православным общинам. Это довольно сложный процесс.

– Вы служите в своём приходе богослужения на английском, китайском, славянском языках. Кто Ваши прихожане?

– У нас международный приход, хотя русскоязычных прихожан, наверное, больше. Мы открыты для всех.

Прихожане о. Дионисия. Фото: Blagnews.ru

– Что привлекает современных китайцев в христианстве, в православии в частности, как Вы думаете? В чём специфика восприятия китайцами Христовой вести?

– Главное, что интересует китайцев, – практика духовной жизни православия. Эстетический критерий второстепенен, хотя некоторых привлекает именно красота литургической традиции, иконописи православия.

– В интервью 2010 г. Вы отмечали, что ежегодно в Китае только католиков и протестантов становится на 10% больше. Сохранилась ли эта позитивная динамика китайской христианизации сегодня? С чем это связано? Каково место Православной Церкви в данном процессе?

– В континентальном Китае интерес к христианству достаточно высок до сих пор. Китайская цивилизация нуждается в ответах на фундаментальные вопросы своего бытия, так как собственно китайская культура была языческой, к тому же она разрушена. Китайцы стремятся к духовной жизни, познают, например, буддизм. Однако многим христианство видится более глубоким, чем буддизм, чем традиционный для Китая даосизм. Все же православных христиан здесь слишком мало. Миссия затрудняется в силу того, что православие воспринимается населением как специфическая «русская религия», поэтому интерес к ней меньший, чем к католицизму и протестантизму.

– Ваша, как Вы сами заметили как-то, «история любви» к Китаю началась с частного визита в 1994 г. в Пекин к китайскому крестнику. Что Вас больше всего поразило в Китае тогда, возможно, разрушило стереотипы? Или Вас Китай встретил именно таким, каким Вы себе его представляли?

– Меня более всего впечатлила вестернизация обыденной жизни китайцев. Китайская цивилизация очень современная, я бы сказал даже, с западными, американскими стандартами жизни. Это проявляется в интересах, в быту, в музыкальных предпочтениях и т. д.

– Насколько изменился Китай за прошедших 25 лет?

– Выросло благосостояние людей. Заметна интенсивная урбанизация: число горожан увеличилось за счет крестьян – эти два мира органично сосуществуют. Увеличился процент образованных людей. Развивается наука. Но в целом прогресс носит технократический характер.

– Вы служите в Гонконге. Какие особенности (культурные, религиозные и пр.) этого региона по сравнению с другими китайскими административными единицами?

– Гонконг был колонией, где правила жизни диктовали британцы. Отсюда специфические принципы построения социальной жизни, иначе складываются отношения между людьми. Общество здесь очень стратифицированное с ярко выраженным делением на классы, которые слабо взаимодействуют. До сих пор в Гонконге велика роль иностранцев: они ведут свой бизнес, владеют недвижимостью, влияют на жизнь города.

– Что для Вас как православного священника было самым трудным в миссионерской деятельности здесь, а что, напротив, по-доброму удивило?

– Особую сложность представлял языковой барьер. Я не изучал китайский систематически в вузе, только с частными преподавателями, поэтому говорю на нем не очень хорошо. Но в континентальном Китае им пользуюсь, а в Гонконге, где распространен кантонский язык, изъясняюсь по-английски. Для китайцев качество знания их языка – вопрос принципиальный, хотя это касается и языка в широком смысле этого слова: языка как системы понятий.

– Как выглядит распорядок дня православного священника в Гонконге?

– Стараемся ежедневно совершать богослужения в храме: Литургию, вечерню, утреню. Постоянно бываю в храме. Так как мы ограничены в человеческих ресурсах, приходится самому выполнять много бумажной, административной работы, связанной с храмом. Также посещаем тюрьмы (в Гонконге это разрешено православным священникам, а в КНР – нет). Основное отличие местных тюрем – в большей строгости и одновременно порядке. Здесь практически нет коррупции, не нарушаются официальные правила и порядки. Имеются достаточно хорошие условия для содержания заключенных – не как в Европе, скажем, но на уровне. Например, администрация тюрем учитывает религиозные предпочтения заключенных в вопросах организации питания. Недавно ко мне обратились из одной тюрьмы с запросом о том, какой должна быть постная пища.

– Какие главные ошибки миссионерской деятельности может допустить священник в азиатских культурах, в частности в китайской?

– Я думаю, следует избегать, с одной стороны, русификации: не следует навязывать людям свою культуру (не заставлять, например, учить церковнославянский язык, чтобы стать православными), важно проповедовать Христа. С другой стороны, нужно уходить от традиции излишнего нарочитого «подстраивания» под местную культуру. Свидетельство должно быть естественным – нет смысла выискивать местные приемлемые формы, надо говорить в евангельском духе о смысле жизни, об Истине, о Боге без специфического культурного контекста.

– Сохранились ли какие-то раннехристианские и средневековые церковные памятники на территории современного Китая?

– Да, Несторианская стела в городе Сиань, относящаяся к VIII в., причудливо соединяет элементы христианской и местной языческой культуры (например, изображения креста и двух драконов в верхней части и т. д.). Памятник свидетельствует о миссионерской деятельности несториан в Китае эпохи Тан. Сохранились также старые католические храмы.

«Загадочного и необычного меньше, чем ожидаешь»

– Как выглядит Ваш самый обычный день?

– Он не отличается от обычного дня российского священника. Есть богослужения, и мы стараемся, чтобы они в нашем храме были ежедневными или почти ежедневными. Есть административная работа, работа с документами и переписка. Иногда мы ходим в тюрьмы, здесь есть сидельцы, по тем или иным причинам находящиеся в гонконгской тюрьме. Иногда приходится совершать поездки в континентальный Китай. Большой разницы с Россией в этом смысле не вижу.

– Православные китайцы – какие они? Похожи ли они на русских?

– Я думаю, похожи. Склонен видеть сходство, нежели отличие. В традиции европейского сознания – смотреть на Восток как на что-то загадочное и необычное. На самом деле, загадочного и необычного намного меньше, чем ожидаешь. Особенно в условиях современного мира, который стал достаточно похож во всех частях света.

Православный приход в Китае

– На Ваш взгляд, каковы перспективы распространения православия в Китае?

– Потенциально хорошие. Но все зависит от того, какие усилия будут вложены в процесс. Пока усилий вкладывается недостаточно и эта ситуация длится уже на протяжении последних трех веков.

Мы очень сильно отстаем от католиков и протестантов, которые в последние 20-30 лет показывают великолепную динамику роста числа приходов. Мы этим похвастаться не можем, с моей точки зрения, по одной причине: мы не вкладываем в это достаточно усилий.

– Что бы Вы хотели пожелать наши читателям в России?

– Обращать внимание на православие в мире, понимая, что это не является уделом одной лишь России. У России, как мне кажется, есть историческая миссия или призвание, не только сохранить веру среди народов страны, но и свидетельствовать о вере, Церкви и опыте духовной жизни среди иных народов, особенно из сопредельных государств. Поэтому я бы пожелал читателям интересоваться духовной жизнью народов, живущих за пределами России.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector