0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Дружба Серафима Саровского с медведем — выдумка? — рассказывает автор самой подробной книги о святом

Дружба Серафима Саровского с медведем — выдумка? — рассказывает автор самой подробной книги о святом

Приблизительное время чтения: 3 мин.

Святой Серафим Саровский — один из самых почитаемых святых России и основатель знаменитой Дивеевской обители. Еще при жизни за духовной поддержкой к нему обращалось множество людей, но не все рассказанное ими о преподобном стоит воспринимать как документальное описание реальности.

Среди первых авторов житийных рассказов о преподобном Серафиме бывали и малообразованные люди, которые излишне его приукрасили. Но это проблема не только конкретных житий — любой исторический персонаж со временем начинает «обрастать» домыслами.

— Дело в том, что основными источниками сведений о жизни преподобного Серафима Саровского, как известно, послужили воспоминания монашествующих Саровской пустыни. Сами же паломники дополнили их новыми подробностями. Естественно, случалось, что эти дополнения были некорректными, — рассказал «Фоме» исследователь и автор книги о преподобном Серафиме в серии «ЖЗЛ» Валентин Степашкин.

Житийные повествования — это не документалистика. Они строятся совсем по другой логике и ставят перед собой совершенно другие задачи.

— Агиографический жанр — это не историческая хроника и не сборник свидетельских показаний,— поясняет Валентин Степашкин.— Это рассказ о христианском подвиге реально существовавшего человека, который формируется и пишется по совершенно иным канонам — с акцентом на проявления его личной святости, на моменты, через которые все больше и больше проступает процесс преображения человека. В конце концов, мы же ведь не сравниваем икону и картину — они из совершенно разных миров и, очевидно, служат разным целям. Также и здесь. Нужно всегда помнить об этой границе и не стирать ее.

Один из самых знаменитых сюжетов иконы преподобного Серафима: святой кормит из рук медведя. Об этом же пишут и некоторые издания — к лесной келье подвижника якобы приходят звери и птицы. Такую информацию Валентин Степашкин считает приукрашенной учеником преподобного схиигуменом Серафимом (Толстошеевым). Вот как было на самом деле по мнению исследователя:

— Рядом с кельей преподобного находился огород, где святой выращивал для себя овощи. Здесь же он обустроил и несколько ульев для пчел. Естественно, что на запах меда к нему из леса иногда приходил и медведь, которого святой, хоронясь за заборчиком, угощал своим медом. А вот рассказы, присутствующие в некоторых изданиях, о том, что к Серафиму Саровскому, якобы, со всех сторон приходили разные звери и проползали гады, которых он кормил и которые с ним как-то общались, я отвергаю. Убежден, что это домыслы, которые очень далеки от реальной жизни и от подлинного подвига преподобного, — считает Валентин Степашкин.

В этом сюжете мы видим скорее силу народного почитания, любви, стремящейся приукрасить увиденное и услышанное. Это вовсе не означает, что все или многие имеющиеся сведения о святом Серафиме можно подвергнуть сомнению — нет, сам исследователь прямо говорит:

«Важно, что события, изложенные именно в официальном, принятом Церковью житии святого — сомнений не вызывает. Сразу же после канонизации церковная цензура отцеживала из жизнеописания святого все, что было явно окрашено людской фантазией».

Речь лишь о нескольких моментах, в которых сказалось желание людей приукрасить действительность — подробнее об этих эпизодах (например, про падение с колокольни в детстве и тысячедневное моление на камне) читайте здесь.

На самом деле, не столь важно: был медведь или нет. Это никак не умаляет святость подвижника. Главное понимать, что мы читаем жития святых не для того, чтобы удивляться их чудесам, а для того, чтобы учиться у них. Чудеса святых — это уже результат их святости. Для нас же важнее понять, как они стали святыми. И просить их помощи на нашем пути к Богу.

Дружба Серафима Саровского с медведем — выдумка? — рассказывает автор самой подробной книги о святом

Святой Серафим Саровский — один из самых почитаемых святых России и основатель знаменитой Дивеевской обители. Еще при жизни за духовной поддержкой к нему обращалось множество людей, но не все рассказанное ими о преподобном стоит воспринимать как документальное описание реальности.

Среди первых авторов житийных рассказов о преподобном Серафиме бывали и малообразованные люди, которые излишне его приукрасили. Но это проблема не только конкретных житий — любой исторический персонаж со временем начинает «обрастать» домыслами.

— Дело в том, что основными источниками сведений о жизни преподобного Серафима Саровского, как известно, послужили воспоминания монашествующих Саровской пустыни. Сами же паломники дополнили их новыми подробностями. Естественно, случалось, что эти дополнения были некорректными, — рассказал «Фоме» исследователь и автор книги о преподобном Серафиме в серии «ЖЗЛ» Валентин Степашкин.

Житийные повествования — это не документалистика. Они строятся совсем по другой логике и ставят перед собой совершенно другие задачи.

— Агиографический жанр — это не историческая хроника и не сборник свидетельских показаний,— поясняет Валентин Степашкин.— Это рассказ о христианском подвиге реально существовавшего человека, который формируется и пишется по совершенно иным канонам — с акцентом на проявления его личной святости, на моменты, через которые все больше и больше проступает процесс преображения человека. В конце концов, мы же ведь не сравниваем икону и картину — они из совершенно разных миров и, очевидно, служат разным целям. Также и здесь. Нужно всегда помнить об этой границе и не стирать ее.

Один из самых знаменитых сюжетов иконы преподобного Серафима: святой кормит из рук медведя. Об этом же пишут и некоторые издания — к лесной келье подвижника якобы приходят звери и птицы. Такую информацию Валентин Степашкин считает приукрашенной учеником преподобного схиигуменом Серафимом (Толстошеевым). Вот как было на самом деле по мнению исследователя:

— Рядом с кельей преподобного находился огород, где святой выращивал для себя овощи. Здесь же он обустроил и несколько ульев для пчел. Естественно, что на запах меда к нему из леса иногда приходил и медведь, которого святой, хоронясь за заборчиком, угощал своим медом. А вот рассказы, присутствующие в некоторых изданиях, о том, что к Серафиму Саровскому, якобы, со всех сторон приходили разные звери и проползали гады, которых он кормил и которые с ним как-то общались, я отвергаю. Убежден, что это домыслы, которые очень далеки от реальной жизни и от подлинного подвига преподобного, — считает Валентин Степашкин.

В этом сюжете мы видим скорее силу народного почитания, любви, стремящейся приукрасить увиденное и услышанное. Это вовсе не означает, что все или многие имеющиеся сведения о святом Серафиме можно подвергнуть сомнению — нет, сам исследователь прямо говорит:

«Важно, что события, изложенные именно в официальном, принятом Церковью житии святого — сомнений не вызывает. Сразу же после канонизации церковная цензура отцеживала из жизнеописания святого все, что было явно окрашено людской фантазией».

Речь лишь о нескольких моментах, в которых сказалось желание людей приукрасить действительность — подробнее об этих эпизодах (например, про падение с колокольни в детстве и тысячедневное моление на камне) читайте здесь.

Читать еще:  Иконография Успения Божьей Матери

На самом деле, не столь важно: был медведь или нет. Это никак не умаляет святость подвижника. Главное понимать, что мы читаем жития святых не для того, чтобы удивляться их чудесам, а для того, чтобы учиться у них. Чудеса святых — это уже результат их святости. Для нас же важнее понять, как они стали святыми. И просить их помощи на нашем пути к Богу.

К Серафиму Саровскому верующие обращаются в молитвах с любыми просьбами: о помощи в моменты отчаяния или в беде , защите от искушений , исцелении от болезни , пишет hram-kupina.ru.

  • Что за праздник Обрезание Господне и что нельзя делать в этот день
  • РПЦ изменила правила крещения детей , которые носят «не православные» имена
  • Морозы отменяются: стало известно , какая погода будет в Алтайском крае на Крещение
  • Сюжет: Праздники

Эта закладка предназначена для тех наиболее внимательных из вас, кто замечает опечатки, орфографические, пунктуационные и фактические ошибки в наших текстах и хотел бы помочь нам исправить их. Мы заранее благодарим всех, кто вместе с нами стремится улучшить качество наших материалов. Ваша помощь неоценима не только для редакции — она также важна для тех читателей, которые благодаря вам прочтут эти тексты в правильной редакции.

Чтобы сообщить нам об опечатке, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Редактор медиатеки «Предание.Ру»

Недавно Церковь отмечала день Серафима Саровского, «главного русского святого». Собрали тексты о нём. Эту подборку мы считаем особенно важной и ценной, ибо вокруг Преподобного существуют чрезвычайно много мифов, часто нелепых и вредных.

«Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря» (текст и аудиоверсия) — замечательная книга, чей жанр можно определить как «агиографический документальный роман». Во многом уникальный текст, написанный одним святым — священномучеником Серафимом (Чичаговым) о другом святом — прп. Серафиме Саровским, при том, что одного Серафима от другого по историческим меркам почти ничего не отделяло. Сщмч. Серафим был одним из главных участников канонизации Саровского чудотворца. В конце книги мы поместили «Житие преподобного Серафима», написанное владыкой как раз к канонизации.

Писатель Александр Архангельский так отзывался о «Летописи»: «Для меня главным житийным рассказом о святом стала летопись Серафимо-Дивеевского монастыря, написанная священномучеником Серафимом (Чичаговым). Повествование о преподобном Серафиме Саровском, жившем в документированную эпоху, построено по законам романа, но без малейшего намека на вымысел или украшательство биографии.

Когда я вхожу под своды этого долгого житийного повествования, я словно ощущаю себя там и в то время, о котором идет речь. Я проживаю вместе с повествователем все этапы судьбы святого. Вижу, как он внутренне взрослеет, вижу, как матушка Мельгунова создает по благословению Пресвятой Богородицы условия для появления обители, вижу, как ласков преподобный с дивеевскими девушками. Присутствую в лесу, где он разговаривает с медведем, со страхом слежу за тем, как ложный ученик после смерти святого пытается погубить его дело. Меня буквально, какой я есть, со всем недостоинством, ставят рядом со святым. И ничего не может быть дороже, выше, сильнее этого. Притом что «Летопись» начисто лишена иллюзорного психологизма, тут сохраняется вся мера строгости и трезвости житийного повествования».

«Преподобный Серафим: Саров и Дивеево» Всеволода Рошко — ряд этюдов о Серафиме Саровском. Главное ядро книги — историческая критика агиографических источников: критика не в смысле «разоблачений», а в смысле прояснения истины. Книга Рошко проникнута подлинной любовью и преклонением к преподобному Серафиму Саровскому, откуда и стремление «открыть» преподобного таким, каким он был, без грязи, басен и мифов. Из предисловия Франсуа Руло:

«Когда Бог создает святого, Сатана создает его биографа». Эта шутка Гюисманса содержит долю истины, как показывает случай св. Серафима Саровского. Не все жития прп. Серафима сомнительны, но многие; известно, что одним из его агиографов был не кто иной, как Сергей Нилус, печально известный благодаря публикации общепризнанной фальшивки под названием «Протоколы Сионских мудрецов». Так вот именно Нилус опубликовал и «Беседу». Поэтому никого и не удивляет, что эта подлинная жемчужина русской духовности дошла до нас в такой форме, где высказывания св. Серафима перемешаны с совершенно чуждыми ему теориями, источник коих следует искать в «Истории души» (1830) Шуберта, последователя Шеллинга, учение которого проповедовал в Киеве около 1840 года Феофан Авсенев. Следует весьма осмотрительно изучать данный текст, содержащий одновременно замечательное учение о Святом Духе и доктрину (сотворения мира и т. д.), восходящую скорее к натурфилософии, чем к традиционному учению Церкви.

Становится понятным, почему отец Всеволод Рошко счел необходимым предпринять критическое исследование имевшихся в его распоряжении источников. Оно было предварительным условием для достойного разговора о св. Серафиме. Отнюдь не сомнения в святости преп. Серафима, но, напротив, как раз убежденность в его выдающейся святости побудила автора не страшиться исторической критики; он знал, что такое сопоставление, даже мелочное и детализированное, лишь возвеличит подлинного святого».

«Серафим Саровский» Валентина Степашкина — современная, исторически выверенная биография может быть «главного» русского святого. Вот что о ней писал игумен Петр (Мещеринов):

«Вышла книга Валентина Степашкина “Серафим Саровский”. Написана она, на мой взгляд, не очень хорошим языком; но автор не литератор, и главное в книге не это. Главное — что автор является учёным, исследователем, и что он строит жизнеописание своего героя и разбор его наследия на основании архивных документов, с которыми он работал. (Жалко, что Валентин Степашкин занимался только документами, связанными с преп. Серафимом Саровским. Если бы он “брал шире”, то не допустил бы грубого “ляпа” в своей книге — он упоминает про нынешние “нетленные мощи” преп. Александра Свирского как про подлинное чудо Божие, в то время как эти “мощи” — фальшивка.) Автор очень почитает преподобного, поэтому он редко делает какие-либо определённые выводы, а просто приводит то, что соответствует документам (впрочем, — что относится к недостаткам книги, — обильно разбавляя их пространными экскурсами во второстепенные вещи). Но от выводов никуда не деться, потому что из документов видно следующее:
1. Колокольни не было.
2. Камня не было.
3. Кормления медведя не было.
4. Разбойников не было.
5. Беседы с Мотовиловым не было…
Ну и так далее. Думаю, что сказанного уже достаточно. Мотовилов разобран по косточкам — психически нездоровый человек, всё, что с ним связано, не заслуживает доверия. Про “заместительную смерть” Елены Мантуровой и вовсе не сказано ни слова — и в самом деле, совестно такое приводить в жизнеописании, основанном на документах. Общение батюшки Серафима с дивеевскими сёстрами (по некоторым свидетельством последних) приведено, но оговорено, что старец, конечно, такого не мог говорить (ибо если это правда, то это чистое хлыстовство, в котором обвиняют преп. Серафима старообрядцы, — добавлю я уже от себя). В итоге преп. Серафим предстаёт пред нами как человек-загадка. Достоверно можно о нём сказать очень немногое, всё остальное — фантазии разной степени вероятности».

«Преподобный Серафим Саровский» Владимира Ильина — не просто житие Преподобного, а книга, написанная философом.

«Существо Православия вообще и в частности Православия Русского, ни в чем, быть может, так полно и так ярко не сказалось, как в почитании Божией Матери и Святых. Нужно раскрыть глаза для этой красоты, нужно всматриваться в нее пристально, любовно. И если мы это сделаем, то увидим, что Саровский Угодник и Чудотворец являет собою одно их самых ярких выражений не только всего Русского Православия, но в нем же и через него — стихии Вселенского Христианства. Житие Преподобного, его житийный лик, икона, есть живой ответ на столь многократно задававшийся вопрос — что такое Православие?»

«Всемирный светильник. Преподобный Серафим Саровский» (текст и аудиоверсия) — книга владыки Вениамина (Федченкова). Фактически это житие Серафима Саровского, как все книги Федченкова, написанное просто и безыскусственно.

«Батюшка производил на всех такое обаятельное, а иногда и потрясающее впечатление, что люди уходили от него в восторге, а иные — в рыданиях, и почти все — утешенные, ободренные, обрадованные, умиренные, приподнятые, точно в каждого из них он впрыскивал жизненную силу, светлую радость, подъем духовного напряжения, крепость в добре, желание исправления. Кратко сказать: пламенный Серафим зажигал людей огнем и благодатным духом возрождения (Лк 3:16). Это нам даже трудно представить; и только из рассказов да из необыкновенных благих последствий мы догадываемся и видим: что за чрезвычайная сила таилась и действовала в “убогом” и скорченном старце! И особенно умел он ободрить и обрадовать посетителей, свидание с батюшкой бывало для них истинным праздником! От него люди улетали точно на крыльях! Или наоборот: необыкновенно сосредоточенными, обличенными; но в то же время — с решимостью на борьбу со злом».

«Последний святой» — статья Дмитрия Мережковского. Христианство есть религия спасения мира, но его высшая форма — монашество — есть отречение от мира. Монашеская святость есть спасение себя и проклятие миру, измена христианству, считает Мережковский. Серафим Саровский — «последний святой» — по Мережковскому в радикальной полноте являет эти противопоставления. Обычно Серафима описывают очень светло, чуть ли не весело. У Мережковского Серафим — страшный, проклинающий. Вот например про знаменитую канавку:

«Действительно, главное, и, может быть, единственное дело всей жизни его и есть эта канавка. Что первые святые начали, тó кончил последний: невидимую черту, отделяющую христианство от мира, сделал видимой — завершил незавершенное в христианстве противоречие мира и Бога.

По ту сторону канавки — Бог без мира, по сю — мир без Бога; и соединить их нельзя. Трехаршинная канавка углубится до бездны, трехаршинный вал подымется до неба — и окончательно отделится Бог от мира. Бог отнят от мира, мир предан диаволу.

Да приидет царствие Твое, да будет воля Твоя на земле, как на небе, — это не исполнилось в христианстве: воля Божия, царство Божие — только на небе, а на земле — царство диавола».

Про освободительное движение:

«Не святой Серафим, а грешный и безбожный Радищев о рабстве задумался. Пока святые терпели молча, безбожник завопил от святого гнева, от святого ужаса — и неужели этот вопль не дошел до Бога? С Богом — рабство; свобода — без Бога: так всегда было и есть — неужели так всегда будет? Во всяком случае, христианская святость пальцем не двинула, чтобы этого не было. Самые кровные связи разрываются, так что „клочьями тело висит“, а цепи рабства спаиваются.

От французской революции до русского декабрьского бунта — все освободительное движение, при котором Серафим присутствовал, для него — только „суетные мудрования века сего“. „Это все нынешний-то век, нынешние люди придумали!“ — шепчет он с тихой брезгливостью. Тут не столько проклятие, сколько „дурной глаз“ на всю мировую культуру — науку, искусство, общественность — на все „труды и дни“ человечества; не столько истребить хотел бы он все это, сколько „сглазить“».

Про брак, семью, детей:

«— Бедная-то общинка наша в Дивееве своей церкви не имеет, а ходить-то им в приходскую, где крестины да свадьбы, не приходится, ведь они — девушки, — жалуется Серафим.

«Крестины да свадьбы», то есть таинства крещения и брака, оказываются непристойностью, нечистотою, на которую нельзя смотреть чистым девушкам.

Нечаянно вырвалось у Серафима это слово, даже почти не слово, а мановение, движение брезгливости, но оно правдивее слов; и если довести смысл его до конца, то получится вывод Л. Толстого, тоже «христианина»: всякое половое общение — «просто гадость»; или вывод хлыстов и скопцов: «брак перед людьми дерзость, а перед Богом мерзость»; или, наконец, вывод, никем пока не сделанный, но неизбежный: девство — от Бога, брак — от диавола.

Будущая дивеевская старица Елена Васильевна Мантурова, когда минуло ей семнадцать лет, вдруг возненавидела жениха своего. «Не знаю, почему, не могу понять, — ничего не сделал он дурного, но вдруг страшно мне опротивел».

Вскоре после того ей было видение. «Я взглянула вверх и увидела над своей головой огромного змия; он был черен, пламя выходило из пасти, и она казалась такою большою, что я чувствовала, что он поглотит меня. Видя, как он вьется надо мною, спускаясь все ниже и ниже, даже ощущая дыхание его, я, наконец, закричала: „Царица Небесная, спаси! Даю Тебе клятву никогда не выходить замуж и пойти в монастырь“. Тотчас же змий взвился и пропал».

А Елена поехала в Саров к Серафиму просить о пострижении. Он советовал ей выйти замуж. Она отказывалась, ссылаясь на обет. Он стоял на своем. «Что это вы говорите, батюшка, да я не могу, не хочу я замуж»… — «Нет, нет, радость моя, тебе уже никак нельзя, ты должна выйти замуж!» Спор длился три года.

— И даже вот что еще скажу тебе, радость моя, — прибавил однажды старец. — Когда ты будешь в тягостях-то, так не будь слишком на все скора. Ты слишком скора, радость моя; а это не годится. Будь тогда ты потише. Вот, как ходить-то будешь, не шагай так-то, большими шагами, а все потихоньку, да потихоньку. Если так-то пойдешь, благополучно и снесешь.

И пошел перед нею, показывая, как надо ходить беременной.

— Во, радость моя. Также и поднимать если что тебе случится, не надо так вдруг, скоро и сразу, а вот так, сперва понемногу нагибаться, а потом точно также все понемногу и разгибаться.

И опять показал на примере.

Змий, от которого она спаслась обетом безбрачия, был, конечно, диавол брака. Змий страшен; но, может быть, еще страшнее святой старец, который, юродствуя, ругается во славу Матери Небесной над материнством земным».

У современника Мережковского — Валентина Свенцицкого, в его беседах о Саровском чудотворце, Преподобный предстоит другим:

«Ни в одном угоднике Божием так не воплощается дух нашего православия, как в образе убогого Серафима, молитвенника, постника, умилённого, всегда радостного, всех утешающего, всем прощающего старца всея России».

«Основная черта духовного облика преподобного Серафима — его постоянное умиление, радостность, весёлость».

Поделиться в соцсетях

Подписаться на свежие материалы Предания

  • Подписаться на Телеграм-канал
  • Подписаться в Яндекс Дзен

Тайны Дивеевской обители: смерть сестры за брата, морда медведя, расстрелянные священники

Серафимо-Дивеевский монастырь — место в России очень известное, и, как говорится, раскрученное. В стенах Троицкого собора покоятся мощи преподобного Серафима Саровского и сюда стекаются тысячи паломников. Но далеко не все они интересуются историей обители. А она богата и удивительными, и трагическими фактами.

Собираясь поехать в Дивеево, стоит заранее заказать экскурсию в музейный комплекс. Профессиональные экскурсоводы расскажут вам массу интересных историй. NN.RU расскажет лишь несколько.

Первоосновательница

Начнем с того, что начало монастырю положил вовсе не Серафим Саровский , а бывшая рязанская помещица Агафия Семеновна Мельгунова . В середине XIII века она приняла постриг в киевском Фроловском монастыре с именем Александра.

И однажды в дремоте ей явилась Богородица и велела идти на север, обходя стороной все святые места, посвященные ей и обещала указать место, где следует основать новую обитель. Через три года странствий Матушка Александра добиралась в Саровскую пустынь, где уже был мужской монастырь и жил в нем молодой монах Серафим . Она присела отдохнуть у деревянной церкви села Дивеева и ей опять явилась Святая Дева.

— Вот то самое место, которое я повелела тебе искать на севере России , — услышала мать Александра. — Я осную здесь такую обитель мою, равной которой не было, нет и не будет во всем свете.

Монахиня по совету старцев Саровской обители сначала жила недалеко от Дивеева, а когда умерла ее единственная дочь, продала все свое имущество и перебралась в это село.

В 1773–1779 годах ее трудами была построена Казанская церковь. Расположилась она на том самом месте, где было явление Богородицы. Рядом с ней был построен и дом для матушки Александры. А вокруг матушки стали собираться первые насельницы будущего монастыря и образовалась Мельничная обитель.

Мельничной ее назвали потому, что сестры построили небольшую мельницу, мололи в ней зерно, пекли хлеб.

А Серафим Саровский стал духовником и наставником послушниц. И судьба некоторых первых монахинь была удивительной.

На месте первой кельи матушки Александры сейчас построена небольшая часовенка

Умри вместо брата

Недалеко от Дивеева в родовом поместье родилась и жила дворянка Елена Мантурова .

Видение огненного дракона настолько потрясло молодую дворянку, что она дала обет никогда не выходить замуж и пойти в монастырь. Ее очень любил батюшка Серафим , но однажды позвал и дал ей, казалось бы, невероятное послушание. Ее брат Михаил в то время тяжело болел и мог вот-вот умереть. И старец благословил Елену принять смерь вместо брата. Тот был благодетелем и строителем монастыря и еще очень нужен был обители.

Монахиня согласилась и буквально через несколько дней скончалась. Такова была ее сила молитвы и смирения. А ее брат прожил еще долгие годы. Мощи преподобной Елены находятся в Казанской церкви.

Могила первого благодетеля монастыря

Могила с березой и мордой медведя

Традиционно у храмов в монастырях существовали кладбища, на которых хоронили умерших монахов и монахинь, почетных граждан, дворян. Был такой погост и за Казанской церковью. И именно на нем, за Казанской церковью, был похоронен в 1879 году в своем симбирском имении благодетель обители Николай Александрович Мотовилов . В молодости он тяжело заболел, врачи не могли ему помочь. Исцелил Мотовилова батюшка Серафим .

Святой отец завещал своему молодому другу заботиться об обители и тот всю жизнь помогал монастырю.

Над его могилой были посажены три березы. В 1927 году монастырь закрыли, сестер разогнали. Почти все они прошли лагеря ГУЛАГа. А монастырь был разрушен, в великолепных храмах размещались склады и другие хозяйственные организации.

Надругались новые хозяева жизни и над захоронениями, уничтожив могилы, снеся кресты и закатав территорию захоронений в асфальт.

Пытались они стереть память и о Николае Мотовилове , даже попытались в 70-х годах прошлого века выкорчевать старое дерево, сохранившееся над могилой, но не смогли.

Именно по ней, когда в 90-е годы прошлого века монастырь обрел второе рождение, и была обнаружена и идентифицирована могила Михаила Мантурова . И береза все так же стоит над ней.

А на стволе дерева появился нарост, который напоминает морду медведя. Сейчас паломники просовывают руки за ограду, стараясь погладить медвежью морду. Она напоминает об отшельничестве Серафима Саровского , который в лесу кормил огромного медведя.

К Казанской церкви пристроены еще два храма — церкви Рождества Христова и Рождества Пресвятой Богородицы

Он вернул память о Серафиме Саровском и был расстрелян

Человек, который проделал титаническую работу, чтобы увековечить память саровского старца, родился в знатной дворянской семье в Санкт-Петербурге и по стопам предков пошел на военную службу. Но судьба привела его к духовному служению.

Фотографии семьи Чичаговых

Поручик Леонид Михайлович Чичагов не раз чудом избежал смерти и судьба привела его к знаменитому священнику — Иоанну Кронштадтскому . А потом он начал глубоко изучать богословие и, даже не окончив семинарии, стал авторитетнейшим знатоком в этой сфере, которого признавала вся Русская православная церковь .

Но самым главным его трудом стала «Летопись Серафимо-дивеевского монастыря». В ней он описал не только монастырскую жизнь, но и жизнь самого старца.

Причем в своем труде он использовал воспоминания монахинь, которые после смерти старца очень горевали по нему и записывали истории общения с духовным отцом.

Эта книга, попавшая стараниями отца Серафима (под этим именем был пострижен после смерти жены в монахи Леонид Чичагов ) в царскую семью, послужила поводом тому, что Николай II немало поспособствовал обретению святых мощей и прославлению обители.

А жизнь автора книги закончилась трагически. Впервые его арестовали в 1921 году и потом он пережил несколько арестов. Последний арест случился в ноябре страшного 1937 года. Немощного больного человека выносили из дома в машину НКВД на носилках.

Дальше все было так же жутко, как со многими в то время: допросы, приговор «тройки» НКВД и расстрел. Леонида Михайловича Чичагова расстреляли на Бутовском полигоне в Москве , место захоронения — общая могила.

Пасхальные инсталляции украшают всю территорию монастыря

В колокола монастыря звонят монахини и послушницы. Это их послушание

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector