11 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Александр Пушкин; Два чувства дивно близки нам: Стих

В творчестве А. С. Пушкина большое место уделено философской лирике. Поэта серьезно волновали вопросы, связанные с назначением человека и смыслом его жизни. Такому размышлению посвящено произведение «Два чувства дивно близки нам…» (1830 г.).

Существует два варианта стихотворения. Первый состоит из двух строф, в которых есть пропущенные места. Во втором варианте восстановлены пропущенные слова, а в центре вставлена еще одна строфа. Так или иначе в первом четверостишии заложена основная идея произведения. В оставшихся Пушкин развивает и конкретизирует свою мысль.

Поэт утверждает, что для любого человека самыми близкими и дорогими являются два чувства: «любовь к родному пепелищу» и «любовь к отеческим гробам». Первое чувство не стоит воспринимать буквально. «Пепелище» символизирует родной очаг, а в более широком смысле — место, где человек появился на свет. Пушкин очень высоко ценил понятие родины. Испытав в молодости горечь изгнания и тоску по Отечеству, он до конца жизни сохранил любовь к своему родному краю.

«Любовь к отеческим гробам» заключается не только в регулярном посещении могил своих родственников. Это чувство означает преданность заветам своих предков, уважительное и почтительное отношение к своим национальным корням. Пушкин, как известно, по одной линии вел свое происхождение от привезенного в Россию Петром I Ганнибала. Это нисколько не мешало ему считать себя чисто русским человеком. Интерес к отечественной истории, восхищение перед подвигами и великими деяниями предков были органически присущи Пушкину. По его мнению, такие же чувства должен испытывать каждый гражданин своей страны.

Развивая свою мысль, поэт заявляет, что от наличия этих основных чувств зависит «самостоянье человека, залог величия его». Если люди забывают о своих национальных корнях, плюют на свое прошлое, то они теряют уважение не только по отношению друг к другу, но и вызывают презрение у граждан других стран. Историю часто называют бесполезной наукой. Однако при малейшем обострении международных отношений противники начинают оперировать примерами из истории и извлекать из архивов «секретные» документы, доказывающие их превосходство. Современная идеологическая война во многом опирается на историческую науку.

В заключительной строфе Пушкин закрепляет свою мысль. Без двух основополагающих чувств внутренний мир человека становится пуст. Пуста и его душа, превращающаяся в «алтарь без божества».

Философские размышления Пушкина в стихотворении «Два чувства дивно близки нам…» особенно актуальны в наше время. Отсутствие духовных принципов и отрыв от своих корней становится одной из острейших проблем современного мира.

Любовь к отеческим гробам

Ровно за три недели до начала Великой Отечественной Войны, 19 мая (1 июня) 1941 года, в далеком Шанхае святитель Иоанн (Максимович) обратился к своей пастве с таким указом:

«Мы видим часто стремление сродников умершего как можно богаче провести похороны и устроить могилу. Большие средства тратятся иногда на роскошные памятники…

Иные хотят объявлениями через печать выразить свое почтение умершему и свое сочувствие его родственникам, хотя самый такой способ выявления своих чувств показывает их неглубокость, а подчас и лживость, так как искренно скорбящий не будет выставлять свою скорбь напоказ, выразить же свое сочувствие можно сделать гораздо теплее лично.

Но что бы мы из всего того ни сделали, умерший не получит от того никакой пользы. Мертвому телу одинаково лежать в бедном или богатом гробе, роскошной или скромной могиле. Не обоняет оно принесенных цветов, не нужны ему притворные выражения скорби. Тело предается тлению, душа живет, но не испытывает больше ощущений, воспринимаемых через телесные органы. Другая жизнь настала для нее, и другое нужно ей оказать.

Вот то нужное ей и должны мы делать, если действительно любим усопшего и желаем принести ему свои дары!

Что же именно доставит отраду душе умершего?

Прежде всего – искренние молитвы о нем, как молитвы личные и домашние, так и в особенности молитвы церковные, соединенные с Бескровной Жертвой, т.е. поминовение на литургии…»

По мере того, как год за годом все меньше и меньше остается на земле участников и современников той войны, мы обнаруживаем, что память о ней (слава Богу!) не исчезает и не размывается в нашем сознании, общенародном и личном, а напротив, усиливается и обостряется. И поневоле требуется прибавить нечто очень важное ко всему тому, что вкратце суммирует в своем указе свт. Иоанн.

…Сейчас всё это странно,
звучит всё это глупо:
в пяти соседних странах
зарыты наши трупы,
и мрамор лейтенантов –
фанерный монумент –
венчанье тех талантов,
развязка тех легенд.
(Б. Слуцкий. «Голос погибшего друга»)

Мы ставим памятники, бережем их и украшаем, как умеем, и когда заходит речь о памяти прошлых поколений, на чьих плечах мы сегодня стоим, то не стесняемся своей скорби в речах и журнальных статьях, цветов, венков и значительных средств, расходуемых на замену фанеры мрамором и бронзой. Почему так? И правильно ли это?…

Читать еще:  Успение Пресвятой Богородицы: «Радуйтесь! Ибо Я с вами во все дни»

Да, правильно, – подтверждает Святейший Патриарх Кирилл (телепередача «Слово Пастыря»):

«Для нас нужны могилы, памятники, чтобы сохранять нашу память об умершем, чтобы иметь возможность прийти и помолиться. И это прекрасный обычай, его надо сохранять. И нужно оберегать наши памятники, сохранять могилы в чистоте и порядке; по нашему отношению к могилам можно судить о нашем отношении к предкам, можно судить о нашем нравственном состоянии».
Так было всегда, и так должно быть.

Два чувства дивно близки нам,
в них обретает сердце пищу:
любовь к родному пепелищу,
любовь к отеческим гробам.
Животворящая святыня!
Земля без них была б мертва,
как безотрадная пустыня
и как алтарь без Божества.
(А.С. Пушкин)

Почему к гробам, а не к чему-то живому и бодрому? Почему к пепелищу, а не к сияющим дворцам, шумным площадям и магистралям, кипящим жизнью индустриальным комплексам и другим многоценным плодам цивилизации? Сомнение вполне обоснованное для сегодняшнего дня, когда наша страна наперекор всем «международным сообществам» восстанавливает свои дворцы, площади, магистрали и комплексы, а кое-кто, якобы опираясь на «исконно-духовное наследие», требует ограничиться гробами и пепелищами.

Благодаря трудам ученых-историков, пепелища и останки умерших, захоронения и гробницы раскрывают перед нами – к радости одних, к удивлению других и к затаенному негодованию третьих – глубочайшую религиозную направленность доисторических культур и цивилизаций. С колоссальным напряжением сил наши далекие предки, не знавшие ни колесных повозок, ни тягловых животных, сооружали гигантские каменные гробницы, частично дошедшие до нашего времени: до 80% всей своей жизненной энергии затрачивали они на зримое, материальное выражение «любви к отеческим гробам»… Позже эта мегалитическая культура распространилась на юг и породила другие, еще более известные символы вечности на быстропеременчивой земле – египетские пирамиды.

Да и сам переход древнего человека от кочевого к оседлому образу жизни неразрывно связан с похоронным обрядом, как об этом сообщает проф. А.Б. Зубов («Лекции по истории религиозных идей»):

«…Захоронения, никогда раньше не встречавшиеся, характерны для всех поселений раннего неолита. Кости умерших погребены на священном участке, расположенном между очагом и противоположной от входа стеной. Иногда черепа умерших предков просто стоят на полочках в этой священной части жилища… Человек еще не умел разводить растения и выращивать животных, а уже стал обитателем оседлых поселений – его понудила к этому новая идея. В самом деле, не возить же кости умерших с собой, их надо предать земле; а если они вложены в земную утробу, их нельзя оставить. Значит, надо жить с ними. В этом и кроется причина оседлой жизни».

Итак, Пушкин полностью прав: его короткий отрывок от слова до слова раскрывает перед нами роль материальной памяти предков в культуре человечества… Как это нередко бывает в разных отраслях знания, кропотливая работа ученых – не только историков и археологов, но и биологов, психологов, физиков, математиков, лингвистов – доказывает упрямым людям истинность того, что им следовало бы усвоить из духовной сокровищницы прошлого.

Мы не отвергаем даров цивилизации, мы нуждаемся в них, – но они не дарят пищи нашему сердцу и не способны заменить нам святыню. Причина тому крайне проста: сердце ищет вечности и прикасается к ней на пороге смерти.

Статьи раздела литература

  • E-mail: cultrf@mkrf.ru
  • Обратная связь
  • Нашли опечатку? Ctrl+Enter
  • Подписался на пуш-уведомления, но предложение появляется каждый день
  • Хочу первым узнавать о новых материалах и проектах портала «Культура.РФ»
  • Мы — учреждение культуры и хотим провести трансляцию на портале «Культура.РФ». Куда нам обратиться?
  • Нашего музея (учреждения) нет на портале. Как его добавить?
  • Как предложить событие в «Афишу» портала?
  • Нашел ошибку в публикации на портале. Как рассказать редакции?
Читать еще:  Преподобномученик Иона (Санков)

Мы используем на портале файлы cookie, чтобы помнить о ваших посещениях. Если файлы cookie удалены, предложение о подписке всплывает повторно. Откройте настройки браузера и убедитесь, что в пункте «Удаление файлов cookie» нет отметки «Удалять при каждом выходе из браузера».

Подпишитесь на нашу рассылку и каждую неделю получайте обзор самых интересных материалов, специальные проекты портала, культурную афишу на выходные, ответы на вопросы о культуре и искусстве и многое другое. Пуш-уведомления оперативно оповестят о новых публикациях на портале, чтобы вы могли прочитать их первыми.

Если вы планируете провести прямую трансляцию экскурсии, лекции или мастер-класса, заполните заявку по нашим рекомендациям. Мы включим ваше мероприятие в афишу раздела «Культурный стриминг», оповестим подписчиков и аудиторию в социальных сетях. Для того чтобы организовать качественную трансляцию, ознакомьтесь с нашими методическими рекомендациями. Подробнее о проекте «Культурный стриминг» можно прочитать в специальном разделе.

Электронная почта проекта: stream@team.culture.ru

Вы можете добавить учреждение на портал с помощью системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши места и мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После проверки модератором информация об учреждении появится на портале «Культура.РФ».

В разделе «Афиша» новые события автоматически выгружаются из системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После подтверждения модераторами анонс события появится в разделе «Афиша» на портале «Культура.РФ».

Если вы нашли ошибку в публикации, выделите ее и воспользуйтесь комбинацией клавиш Ctrl+Enter. Также сообщить о неточности можно с помощью формы обратной связи в нижней части каждой страницы. Мы разберемся в ситуации, все исправим и ответим вам письмом.

«Отеческие гробы». Почему россияне привязаны к своему прошлому

«Два чувства дивно близки нам, в них обретает сердце пищу: любовь к родному пепелищу, любовь к отеческим гробам», — со времен Александра Пушкина немногое изменилось, что и подтвердил последний опрос Левады-центра, посвященный самоидентификации граждан России.

О том, что российское национальное самосознание ретроспективно — обращено скорее к деяниям прошлого, чем к картинам будущего, — уже сказано много, и социологи только подтвердили эту гипотезу. К методологии опроса можно предъявить массу претензий, далеко не все в нем удачно, однако некоторые цифры вполне симптоматичны.

Кровь и почва — вот фундамент идентичности нации. На вопрос «Что у вас в первую очередь связано с мыслью о вашем народе?» большинство (53%) отвечает — «наше прошлое, наша история»; затем — «наша земля» (35%), «место, где я родился и вырос» (33%). А вот неприятная новость для этатистов, сторонников отождествления народа и государства: позиция «государство, в котором я живу» набирает в этом блоке только 22%, при том, что вопрос допускал любое количество ответов. То есть только у пятой части взрослого населения фиксируется устойчивая ассоциация между обществом и государством.

Гроба («родные могилы, памятники») набрали, впрочем, совсем немного — всего 7%. До обидного мало веса у наших фольклорных проявлений — тонких и грустных песен, которые льются над широкими реками, танцев вприсядку. Наверное, у различных северных народов экзотические обычаи набирают больше, чем 9% в среднем по стране (показатель «наши песни, праздники и обычаи»). Фольклор выдохся, и искусственно подстегивать его постановочными гуляньями в сарафанах — безнадежное дело.

И совсем смущает такой показатель идентичности, как «наша религия, вера моих предков», также набравший всего 9%. Отождествление значительной части народа с православием и другими базовыми религиями — важный тезис для многих консервативных идеологов. По данным ВЦИОМ православными называют себя примерно три четверти населения страны, но, если судить по исполнению религиозных практик, этот показатель вряд ли превышает 5-7%.

В целом складывается ощущение, что среднему респонденту гораздо проще оперировать отвлеченными понятиями, чем переходить в область конкретики. Пространство и время — две наиболее общие категории, «формы чистого созерцания», как называл их Иммануил Кант — вызывают куда меньше сомнений, чем, казалось бы, даже такая очевидная черта, как язык (всего 19% считают его национальным идентификатором). Прошлое ушло — его проще и удобней идеализировать, стерилизовать, замещать клюквенным кинематографом. Те моменты, которые относятся к более актуальным состояниям, вызывают раздражение: государство проводит непопулярные реформы, язык засорен, в храмах — возрастной дисбаланс.

Читать еще:  Похищенный христианами. О святителе Иоанне Златоусте

Но что в нашем прошлом обладает особой символической ценностью? Это — война. У 87% опрошенных особое чувство гордости из широкого списка событий и явлений вызывает победа в Великой Отечественной войне. Этот показатель практически не менялся за всю историю наблюдений, с 1999 года. А вот второй по значимости индикатор — «ведущая роль страны в освоении космоса» — сползает вниз, постепенно сдает свои позиции. Двадцать лет назад в него верили 60% граждан, теперь — на 10% меньше. Илон Маск со своими новациями, частые поломки, нехватка информации о новых прорывах сыграли против русского тренда.

Присоединение Крыма, при существенном весе симпатизантов, тоже могло бы набрать больше, чем оказалось в опросе. Событием этим продолжают гордиться 45% граждан страны. И хотя в отношении этого пункта Левада-центр не представил динамики, можно предположить, что сильные и пылкие эмоции крымской весны гаснут. Для кого-то ситуация стала будничной, для кого-то даже утомительной; разумеется, сохраняется весомая группа эмоциональной поддержки, однако событие еще не слишком далеко, чтобы обрастать мифическим ореолом, и уже не слишком близко, чтобы будоражить своей новизной и свежестью.

Медленно сдает свои позиции и отечественная интеллигенция — когда-то значимый маркер российской культуры. «Нравственный авторитет русской интеллигенции» вызывает гордость у 8% процентов граждан, которые, по-видимому сами относят себя к этой категории. Конечно, «слишком умных» никогда не любят, но здесь играет роль и другой фактор: постепенное превращение интеллигентов в интеллектуалов, встроенных в маркетинговые практики продажи своей позиции. Публичная нравственность стала рыночной категорией.

Но если мы чем-то гордимся, то возможно, чего-то и стыдимся. Хотя за последние 20 лет практически по всем показателям стыда как будто становится меньше, но в последние годы совесть обострилась — индикаторы снова пошли вверх. Стыдимся мы больше всего разности между национальным потенциалом и своим актуальным состоянием. «Великий народ, богатая страна, а живем в вечной бедности и неустроенности», — на это жалуется 61% опрошенных (+5% за 3 года). «Земля наша обильна, порядку только нет», — словно повторяют они мудрость веков, хотя и звать варягов уже совсем не с руки. Но в 1999 году этот показатель составлял 79%, то есть в динамике путинского времени неустроенности стало все же меньше.

По-прежнему стыдятся разрушения СССР (45%), причем, данные демонстрируют феноменальный рост с 28% в 2015 году до 45% в наши дни. Значительную роль здесь могла сыграть эскалация напряженности на постсоветском пространстве, окончательное прощание с иллюзией «русского мира». Стыд этот опирается на стереотип: предки нам доверили, а мы не сохранили; кроме того, здесь коллективная вина легко находит персональную причину своей травмы, чем снимает с себя ответственность.

Если смотреть на опрос Левады-центра в целом, то мы видим, что при всем наборе консервативных настроений стройной ценностной архитектуры и единого тренда не складывается. Возникает ощущение, что мы находимся в переломном моменте, как будто точке нового переосмысления своей нравственной позиции. За последние годы многие показатели развернулись в обратную сторону: бедность, качество управления, отставание от Запада, грубость и хамство — все эти показатели в разной степени, но остановили снижение и показали тенденцию к росту.

Этическое здание напоминает тяжелую и массивную конструкцию, из которой выкрутили важные болты — не хватает конкретных событий, героев, визуализации будущего, которые восстанавливали бы связь времен: от героического прошлого к позитивному будущему через сложное, непростое, но дающее надежду настоящее. Конструкция продолжает стоять и внушать уважение своим размахом, но несущие элементы явно требуют ремонта. Вес блоков, впрочем, столь велик, что и без болтов еще может постоять.

Точка зрения автора статьи может не совпадать с позицией редакции

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector