1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Письмо Богу из табачной лавки

Письмо Богу из табачной лавки

Приблизительное время чтения: 3 мин.

Казалось бы святость – это уже что-то не земное, почти ангельское, а потому будто бы чуждое нам – обычным людям. Но оказывается, что святые люди, также как и мы, зарабатывали деньги, отдыхали, получали образование. А какими были святые в детстве? Было ли место случайностям в их жизни? Как они путешествовали? Эта серия текстов – попытка прикоснуться к жизни святых людей через понятный и близкий каждому из нас опыт повседневности. Ведь угодники Божии были такими же людьми, как и мы. Однако свой быт, даже его самые незначительные мелочи, они сумели преобразить.

Мы продолжаем наш цикл Как жили святые.

«Христос мой, у меня нет фартука, нет обуви. Прошу Тебя послать их мне. Ты знаешь, как я люблю Тебя». Завершив свое краткое послание, мальчик положил его в конверт, на месте адресата написал «Господу Иисусу Христу на Небеса» и отправился на почту.

Анастасий, так звали этого мальчика, был совершенно одиноким, полунищим 14-летним подростком, который приехал в Константинополь (ныне — Стамбул) на заработки. На полученные деньги мальчик надеялся оплатить свое дальнейшее обучение и понемногу финансово поддерживать своих бедных родных, которые остались во Фракии (Восточные Балканы). Он сумел устроиться в табачную лавку. Денег у него оставалось так мало, что ему не на что было купить себе новую одежду и обувь взамен имеющихся – уже пришедших в негодность. И тогда, Анастасий решил написать Тому, Кто, как думал мальчик, только и может помочь ему в его беде.

По дороге на почту он встретил торговца, лавка которого находилась по соседству с табачной лавкой, где работал Анастасий.

– Куда ты идешь? – спросил он Анастасия.

Тот, смутившись таким неожиданным вопросом, стал бормотать что-то несвязное про необходимость отправить письмо. Торговец сказал, что может сам отправить его. Мальчик, не раздумывая, протянул ему конверт и в приподнятом настроении вернулся домой.

По дороге торговец заметил необычный адрес на письме. Не в силах побороть любопытство, он вскрыл конверт и прочитал написанное детским почерком послание. Торговец тут же взял карандаш, набросал краткий ответ и, вложив в конверт деньги, отправил письмо обратно.

На следующий день счастливый мальчик пришел на работу в новой одежде. Но его хозяин заподозрил своего работника в краже. Он стал колотить несчастного, требуя, чтобы тот немедленно во всем признался. Но мальчик лишь беспомощно кричал, что эти деньги послал ему Бог. От такого ответа хозяин рассвирепел еще больше. К счастью, на громкие крики прибежал тот самый сосед-торговец. Он отвел разгневанного хозяина лавки в сторону и рассказал ему о необычном письме. Так, конфликт был улажен, а честь мальчика спасена.

День за днем Анастасий продолжал упорно трудиться, высылая деньги семье. Все свое свободное время он употреблял на чтение Священного Писания, трудов отцов Церкви, некоторых философов. Так как денег на бумагу или тетрадь у него не было, важные и полезные мысли Анастасий выписывал на бумаге для табака. До конца не ясно, была ли это бумага для самих сигарет или же святой писал на бракованных картонных пачках для табака.

Ясно одно. Позднее эти записи вышли в виде книги «Кладезь священных мыслей», в прологе которой написал следующее: «Настоящий труд является результатом долгой и упорной работы, вызванной давним желанием распространить те знания, которые имеют душеполезный смысл. За неимением денег я не мог их опубликовать. Однако мне удалось найти способ обойти эту помеху». Он пишет, что собирал обрывки сигаретной бумаги, делал на них выписки, а затем показывал их посетителям лавки. «Таким образом, любопытные покупатели могли, прочитав их, поучаться всему мудрому и душеполезному».

В конечном счете, Анастасий сумел получить образование. Семь лет он проработал учителем в школе на острове Хиос, а затем принял монашеский постриг с именем Нектарий и стал епископом. А сегодня он известен всему христианскому миру как святитель Нектарий Эгинский (1846–1920).

Могли ли многочисленные клиенты табачной лавки, затерянной на шумных улицах огромного Константинополя, подумать, что работавший в ней 14-летний мальчик станет великим греческим святым? Его пример удивителен тем, что, столкнувшись с жестокостью взрослой жизни в таком раннем возрасте, он, подобно знаменитым героям романов Чарльза Диккенса Оливеру Твисту и Дэвиду Копперфильду, остался внутреннее невредимым. Святитель не стал, как поётся в известной песне, «прогибаться под изменчивый мир», а наоборот – сам попытался его изменить, так что даже табачная бумага в его руках превратилась в способ распространения полезных для человеческого ума и души мыслей.

Православная Жизнь

Они терпеливо и настойчиво искали Знание, но не как цель, а как средство приближения к Богу и к Его прекрасно устроенному произведению – миру. Часто образование становилось для них тяжелейшим испытанием, преодолев которое они приходили к открытию всей жизни. А академические звания, медали, стипендии для них — только мишура, блеклая и неубедительная. Они всегда ею пренебрегали. Мы продолжаем наш цикл “Как жили святые”.

«Христос мой, у меня нет фартука, нет обуви. Прошу Тебя послать их мне. Ты знаешь, как я люблю Тебя». Завершив свое краткое послание, мальчик положил его в конверт, на месте адресата написал «Господу Иисусу Христу на Небеса» и отправился на почту.

Анастасий, так звали этого мальчика, был совершенно одиноким, полунищим 14-летним подростком, который приехал в Константинополь (ныне — Стамбул) на заработки. На полученные деньги мальчик надеялся оплатить свое дальнейшее обучение и понемногу финансово поддерживать своих бедных родных, которые остались во Фракии (Восточные Балканы). Он сумел устроиться в табачную лавку. Денег у него оставалось так мало, что ему не на что было купить себе новую одежду и обувь взамен имеющихся – уже пришедших в негодность. И тогда, Анастасий решил написать Тому, Кто, как думал мальчик, только и может помочь ему в его беде.

Святитель Нектарий Эгинский (1846–1920)

По дороге на почту он встретил торговца, лавка которого находилась по соседству с табачной лавкой, где работал Анастасий.

– Куда ты идешь? – спросил он Анастасия.

Тот, смутившись таким неожиданным вопросом, стал бормотать что-то несвязное про необходимость отправить письмо. Торговец сказал, что может сам отправить его. Мальчик, не раздумывая, протянул ему конверт и в приподнятом настроении вернулся домой.

По дороге торговец заметил необычный адрес на письме. Не в силах побороть любопытство, он вскрыл конверт и прочитал написанное детским почерком послание. Торговец тут же взял карандаш, набросал краткий ответ и, вложив в конверт деньги, отправил письмо обратно.

На следующий день счастливый мальчик пришел на работу в новой одежде. Но его хозяин заподозрил своего работника в краже. Он стал колотить несчастного, требуя, чтобы тот немедленно во всем признался. Но мальчик лишь беспомощно кричал, что эти деньги послал ему Бог. От такого ответа хозяин рассвирепел еще больше. К счастью, на громкие крики прибежал тот самый сосед-торговец. Он отвел разгневанного хозяина лавки в сторону и рассказал ему о необычном письме. Так, конфликт был улажен, а честь мальчика спасена.

День за днем Анастасий продолжал упорно трудиться, высылая деньги семье. Все свое свободное время он употреблял на чтение Священного Писания, трудов отцов Церкви, некоторых философов. Так как денег на бумагу или тетрадь у него не было, важные и полезные мысли Анастасий выписывал на бумаге для табака (до конца не ясно была ли это бумага для самих сигарет или же святой писал на бракованных картонных пачках для табака). Позднее он опубликовал их в виде книги «Кладезь священных мыслей», в прологе которой написал следующее: «Настоящий труд является результатом долгой и упорной работы, вызванной давним желанием распространить те знания, которые имеют душеполезный смысл… За неимением денег я не мог их опубликовать. Однако мне удалось найти способ обойти эту помеху». Он пишет, что собирал обрывки сигаретной бумаги, делал на них выписки, а затем показывал их посетителям лавки. «Таким образом, любопытные покупатели могли, прочитав их, поучаться всему мудрому и душеполезному».

Читать еще:  Вериги преподобного Никиты Столпника

В конечном счете, Анастасий сумел получить образование. Семь лет он проработал учителем в школе на острове Хиос, а затем принял монашеский постриг с именем Нектарий и стал епископом. А сегодня он известен всему христианскому миру как святитель Нектарий Эгинский (1846–1920).

Могли ли многочисленные клиенты табачной лавки, затерянной на шумных улицах огромного Константинополя, подумать, что работавший в ней 14-летний мальчик станет великим греческим святым? Его пример удивителен тем, что, столкнувшись с жестокостью взрослой жизни в таком раннем возрасте, он, подобно знаменитым героям романов Чарльза Диккенса Оливеру Твисту и Дэвиду Копперфильду, остался внутреннее невредимым. Святитель не стал, как поётся в известной песне, «прогибаться под изменчивый мир», а наоборот – сам попытался его изменить, так что даже табачная бумага в его руках превратилась в способ распространения полезных для человеческого ума и души мыслей.

Письмо Богу из табачной лавки

«Христос мой, у меня нет фартука, нет обуви. Прошу Тебя послать их мне. Ты знаешь, как я люблю Тебя».

Завершив свое краткое послание, мальчик положил его в конверт, на месте адресата написал «Господу Иисусу Христу на Небеса» и отправился на почту.

Анастасий (так звали этого мальчика) был совершенно одиноким, полунищим 14-летним подростком, который приехал в Константинополь (ныне — Стамбул) на заработки. На полученные деньги мальчик надеялся оплатить свое дальнейшее обучение и понемногу финансово поддерживать своих бедных родных, которые остались во Фракии (Восточные Балканы). Он сумел устроиться в табачную лавку. Денег у него оставалось так мало, что ему не на что было купить себе новую одежду и обувь взамен имеющихся — уже пришедших в негодность. И тогда Анастасий решил написать Тому, Кто, как думал мальчик, только и может помочь ему в его беде.

По дороге на почту он встретил торговца, лавка которого находилась по соседству с табачной лавкой, где работал Анастасий.

— Куда ты идешь? — спросил он Анастасия.

Тот, смутившись таким неожиданным вопросом, стал бормотать что-то несвязное про необходимость отправить письмо. Торговец сказал, что может сам отправить его. Мальчик, не раздумывая, протянул ему конверт и в приподнятом настроении вернулся домой.

По дороге торговец заметил необычный адрес на письме. Не в силах побороть любопытство, он вскрыл конверт и прочитал написанное детским почерком послание. Торговец тут же взял карандаш, набросал краткий ответ и, вложив в конверт деньги, отправил письмо обратно.

На следующий день счастливый мальчик пришел на работу в новой одежде. Но его хозяин заподозрил своего работника в краже. Он стал колотить несчастного, требуя, чтобы тот немедленно во всем признался. Но мальчик лишь беспомощно кричал, что эти деньги послал ему Бог. От такого ответа хозяин рассвирепел еще больше. К счастью, на громкие крики прибежал тот самый сосед-торговец. Он отвел разгневанного хозяина лавки в сторону и рассказал ему о необычном письме. Так конфликт был улажен, а честь мальчика спасена.

День за днем Анастасий продолжал упорно трудиться, высылая деньги семье. Все свое свободное время он употреблял на чтение Священного Писания, трудов отцов Церкви, некоторых философов. Так как денег на бумагу или тетрадь у него не было, важные и полезные мысли Анастасий выписывал на бумаге для табака (до конца не ясно, была ли это бумага для самих сигарет или же святой писал на бракованных картонных пачках для табака). Позднее он опубликовал их в виде книги «Кладезь священных мыслей», в прологе которой написал следующее: «Настоящий труд является результатом долгой и упорной работы, вызванной давним желанием распространить те знания, которые имеют душеполезный смысл. За неимением денег я не мог их опубликовать. Однако мне удалось найти способ обойти эту помеху». Он пишет, что собирал обрывки сигаретной бумаги, делал на них выписки, а затем показывал их посетителям лавки. «Таким образом, любопытные покупатели могли, прочитав их, поучаться всему мудрому и душеполезному».

В конечном счете, Анастасий сумел получить образование. Семь лет он проработал учителем в школе на острове Хиос, а затем принял монашеский постриг с именем Нектарий и стал епископом. А сегодня он известен всему христианскому миру как святитель Нектарий Эгинский (1846–1920).

Могли ли многочисленные клиенты табачной лавки, затерянной на шумных улицах огромного Константинополя, подумать, что работавший в ней 14-летний мальчик станет великим греческим святым? Его пример удивителен тем, что, столкнувшись с жестокостью взрослой жизни в таком раннем возрасте, он, подобно знаменитым героям романов Чарльза Диккенса Оливеру Твисту и Дэвиду Копперфильду, остался внутреннее невредимым. Святитель не стал, как поётся в известной песне, «прогибаться под изменчивый мир», а наоборот — сам попытался его изменить, так что даже табачная бумага в его руках превратилась в способ распространения полезных для человеческого ума и души мыслей.

Православные истории

Делитесь реальными историями реальных людей!

! ОГРОМНЕЙШАЯ просьба. Друзья, если вы размещаете историю в ленте, оставьте после текста ссылку, откуда вы это взяли. Статью написать — большой труд, поэтому давайте уважать авторов материала и создателей веб-проектов.

!! Пост, состоящий лишь из ссылки и анонса, будет удаляться: размещайте текст полностью.

. Посты с просьбой о помощи будут удаляться, в Елицах есть правила размещения таких постов.

. Эта группа — для текстовых историй. Цитаты, картинки и видео размещайте в других сообществах, пожалуйста.

    Лента
  • |Участники
  • |Фото 4912
  • |Видео 301
  • |Мероприятия 0

ПИСЬМО БОГУ ИЗ ТАБАЧНОЙ ЛАВКИ

Святитель Нектарий Эгинский (1846–1920)
Они терпеливо и настойчиво искали Знание, но не как цель, а как средство приближения к Богу и к Его прекрасно устроенному произведению – миру. Часто образование становилось для них тяжелейшим испытанием, преодолев которое они приходили к открытию всей жизни. А академические звания, медали, стипендии для них — только мишура, блеклая и неубедительная. Они всегда ею пренебрегали. Мы продолжаем наш цикл “Как жили святые”.

«Христос мой, у меня нет фартука, нет обуви. Прошу Тебя послать их мне. Ты знаешь, как я люблю Тебя». Завершив свое краткое послание, мальчик положил его в конверт, на месте адресата написал «Господу Иисусу Христу на Небеса» и отправился на почту.
Анастасий, так звали этого мальчика, был совершенно одиноким, полунищим 14-летним подростком, который приехал в Константинополь (ныне — Стамбул) на заработки. На полученные деньги мальчик надеялся оплатить свое дальнейшее обучение и понемногу финансово поддерживать своих бедных родных, которые остались во Фракии (Восточные Балканы). Он сумел устроиться в табачную лавку. Денег у него оставалось так мало, что ему не на что было купить себе новую одежду и обувь взамен имеющихся – уже пришедших в негодность. И тогда, Анастасий решил написать Тому, Кто, как думал мальчик, только и может помочь ему в его беде.

Читать еще:  Значение имени Дмитрий

По дороге на почту он встретил торговца, лавка которого находилась по соседству с табачной лавкой, где работал Анастасий.
– Куда ты идешь? – спросил он Анастасия.
Тот, смутившись таким неожиданным вопросом, стал бормотать что-то несвязное про необходимость отправить письмо. Торговец сказал, что может сам отправить его. Мальчик, не раздумывая, протянул ему конверт и в приподнятом настроении вернулся домой.
По дороге торговец заметил необычный адрес на письме. Не в силах побороть любопытство, он вскрыл конверт и прочитал написанное детским почерком послание. Торговец тут же взял карандаш, набросал краткий ответ и, вложив в конверт деньги, отправил письмо обратно.
На следующий день счастливый мальчик пришел на работу в новой одежде. Но его хозяин заподозрил своего работника в краже. Он стал колотить несчастного, требуя, чтобы тот немедленно во всем признался. Но мальчик лишь беспомощно кричал, что эти деньги послал ему Бог. От такого ответа хозяин рассвирепел еще больше. К счастью, на громкие крики прибежал тот самый сосед-торговец. Он отвел разгневанного хозяина лавки в сторону и рассказал ему о необычном письме. Так, конфликт был улажен, а честь мальчика спасена.
День за днем Анастасий продолжал упорно трудиться, высылая деньги семье. Все свое свободное время он употреблял на чтение Священного Писания, трудов отцов Церкви, некоторых философов. Так как денег на бумагу или тетрадь у него не было, важные и полезные мысли Анастасий выписывал на бумаге для табака (до конца не ясно была ли это бумага для самих сигарет или же святой писал на бракованных картонных пачках для табака). Позднее он опубликовал их в виде книги «Кладезь священных мыслей», в прологе которой написал следующее: «Настоящий труд является результатом долгой и упорной работы, вызванной давним желанием распространить те знания, которые имеют душеполезный смысл… За неимением денег я не мог их опубликовать. Однако мне удалось найти способ обойти эту помеху». Он пишет, что собирал обрывки сигаретной бумаги, делал на них выписки, а затем показывал их посетителям лавки. «Таким образом, любопытные покупатели могли, прочитав их, поучаться всему мудрому и душеполезному».
В конечном счете, Анастасий сумел получить образование. Семь лет он проработал учителем в школе на острове Хиос, а затем принял монашеский постриг с именем Нектарий и стал епископом. А сегодня он известен всему христианскому миру как святитель Нектарий Эгинский (1846–1920).
Могли ли многочисленные клиенты табачной лавки, затерянной на шумных улицах огромного Константинополя, подумать, что работавший в ней 14-летний мальчик станет великим греческим святым? Его пример удивителен тем, что, столкнувшись с жестокостью взрослой жизни в таком раннем возрасте, он, подобно знаменитым героям романов Чарльза Диккенса Оливеру Твисту и Дэвиду Копперфильду, остался внутреннее невредимым. Святитель не стал, как поётся в известной песне, «прогибаться под изменчивый мир», а наоборот – сам попытался его изменить, так что даже табачная бумага в его руках превратилась в способ распространения полезных для человеческого ума и души мыслей.
Тихон Сысоев

Письмо Богу

Привет… Бог. Ничего что я тебе пишу? На самом деле Ты же всё знаешь, поэтому от того что я какие-то вещи скажу вслух – хуже не будет. Это просто будет правдой, сказанной вслух, а не мыслями, которые у меня находятся в голове.

У меня к Тебе много вопросов, которые всё время остаются без ответа.. Наверное, ты мне сказал бы, что я не прошла еще весь путь, для того, чтобы понять ответы и суть бытия. Наверное всё приходит со временем, с годами, с мудростью. Наверное. Об этом на данный момент я могу только догадываться или успокаивать себя тем, что на всё Твоя воля.

Да? Тогда у меня к тебе еще больше вопросов. Потому что если Твоя воля заключается в том, чтобы болели дети, если Твоя воля заключается в том, чтобы страдали старики, то она у Тебя странная..оля эта. Многие говорят и пишут, что ни один волос не падет с головы, пока Ты этого не захочешь. А что касается не волос, а чего-то серьезнее? Это тоже… Твоя воля? Знаешь, я всё никак не могу понять, кто мы Тебе. Дети твои? Тогда Ты странный отец. Рабы Твои? Тогда я родилась для того, чтобы служить Тебе? Как-то это эгоистично. Не находишь? Почему Тебя надо постоянно о чем-то просить, молить, уговаривать, и не просто, а через страдания.

Чтобы что? Чтобы по вере нашей и дано было нам? По какой вере должно быть дано младенцу, который рождается без ног? По его матери? Чтобы она стала смиреннее? Чтобы она стала… покорнее? Чтобы она осознала что? Что всю жизнь, которую она будет жить её ребенок будет инвалидом, чтобы быть примером выдержки и подражания? Один из миллиона, кто не сопьется и не покончит жизнь самоубийством, потому что не смог справиться с этой мотивирующей кого-то несправедливостью… Наверное, есть другой мотиватор, не через страдания и ужас. Но я могу ошибаться, я всего лишь человек.

Люди, которые жили правидно всю жизнь, соблюдали заповеди Твои, которые вполне морально логичны и уместны… Они зачем должны мучиться, при болезни? Чтобы через страдания попасть к Тебе?. твои объятия…. Твой Рай… Так? Или чтобы мы боялись кары Твоей… О какой каре может идти речь, когда мы говорим про любовь. Ты же вроде… Любовь. Знаешь, а ты всё знаешь, я вот, например, свою кошку люблю на столько, что мне ума не хватит на нее поднять голос. Не говоря о том, чтобы осознанно заставить ее страдать. Я ее просто – люблю. И ей не надо доказывать мне своё отношение. Я её в принципе люблю. Как сам факт, как событие в своей жизни. И я не хочу, чтобы она меня боялась, служила мне, исполняла мою волю. Я просто хочу, чтобы она жила. Как можно дольше, как можно счастливее, на столько, насколько это возможно для кошки. Я не хочу, чтобы она боялась удара и поэтому шла на руки. Я хочу, чтобы она знала ласку и, принимая этот выбор, шла тогда когда ЕЙ этого хочется, а не мне надо. Но я всего лишь человек, и я могу ошибаться. А это — всего лишь кошка. И может быть, это неправильно.

Я знаю что такое чувство вины и это страшно. И меньше всего мне хочется, чтобы те, кто находится рядом со мной его испытывали. Я не хочу, чтобы они постоянно просили прощение, извинялись и строили свою жизнь так, чтобы не разгневать меня. Но я всего лишь человек, так что кто я такая, чтобы вообще гневаться.

Человек может болеть из-за недостаточной веры в Тебя? Мало?.ерил бы больше, было бы лучше? Как-то мелко для Бога. Не? Ты же не Санта, в которого надо верить, чтобы он существовал. И… Разве не по воле Твоей на свет появился тот, кто не верит. Разве не всё Ты знаешь изначально?
Творить чудеса это хорошо. Но если я разожгу костер дома, а потом сотворю чудо залив его водой, то это как-то странно со стороны. Но если никто не будет знать, что я устроила пожар, то да, я с ведром воды вовремя – это круто. Но меня потом уничтожит совесть, потому что это – не честно.

Если Ты – это любовь, то она не причиняет мук, не требует доказательств, не требует служения и жертв. Любовь – она вопреки всему. Любовь – это не когда наказывают. Любовь – это не когда бьют одного, чтобы осознали другие. Я Тебя – Люблю. Но если Ты отец наш, то я как дочка с тобой не согласна. А если я раба Твоя, прости, но в этой жизни считай это сопротивлением. Но я не обвиняю Тебя. Я правда стараюсь понять, отчего Ты так встревожен и Такими путями пытаешься что-то доказать. И я не хочу Тебя бояться, потому что там, где есть любовь – страху нет места.

Читать еще:  Как скромный инок из послушания написал главную настольную книгу для монахов

Письмо Богу.

Стихотворение найдено в шинели солдата Александра Зацепы, погибшего в Великую Отечественную Войну в 1944 году.

Послушай, Бог…
Ещё ни разу в жизни
С Тобой не говорил я, но сегодня
Мне хочется приветствовать Тебя.
Ты знаешь, с детских лет мне говорили,
Что нет Тебя. И я, дурак, поверил.
Твоих я никогда не созерцал творений.
И вот сегодня ночью я смотрел
Из кратера, что выбила граната,
На небо звёздное, что было надо мной.
Я понял вдруг, любуясь мирозданьем,
Каким жестоким может быть обман.
Не знаю, Боже, дашь ли Ты мне руку,
Но я Тебе скажу, и ты меня поймёшь:
Не странно ль, что средь ужасающего ада
Мне вдруг открылся свет, и я узнал Тебя?
А кроме этого мне нечего сказать,
Вот только, что я рад, что я Тебя узнал.
На полночь мы назначены в атаку,
Но мне не страшно: Ты на нас глядишь…
Сигнал. Ну что ж? Я должен отправляться.
Мне было хорошо с Тобой. Ещё хочу сказать,
Что, как ты знаешь, битва будет злая,
И, может, ночью же к Тебе я постучусь.
И вот, хоть до сих пор Тебе я не был другом,
Позволишь ли ты мне войти, когда приду?
Но, кажется, я плачу. Боже мой, Ты видишь,
Со мной случилось то, что нынче я прозрел.
Прощай, мой Бог, иду. И вряд ли уж вернусь.
Как странно, но теперь я смерти не боюсь.

Тайны «Письма солдата Богу»

С начала эпохи перестройки в СССР широкой советской общественности стало известно стихотворение, имеющее название «Письмо солдата Богу». С тех лет и по сей день при публикациях оно предваряется чаще всего такими словами: «В сборнике «Свет и жизнь» (Брюссель, 1990 г.) было опубликовано письмо простого советского солдата Александра Зайцева, погибшего в бою с немецко-фашисткими оккупантами. Это письмо было найдено в кармане простреленной шинели».
По сути, одинаковые аннотации завершаются разными фразами: сообщаются различные места гибели этого солдата (либо финский фронт, либо под Москвой), приводятся скупые сведения, что погиб он в 1944 году, что письмо из кармана простреленной шинели погибшего солдата достал неизвестный санинструктор, и, наконец, фамилия автора «Письма» по имени Александр в различных публикациях указывается разная: либо Зайцев, либо Зацепа.
Конечно, все эти загадочные нестыковки дают повод для размышлений. Почему разные фамилии? Фамилии Зайцев и Зацепа никак не синонимы. Может путаница произошла однажды при устной передаче информации о «письме», либо при письме под диктовку – по принципу «испорченного телефона»? В таком случае, какая же из фамилий правильная? Можно только предположить: Зацепа – довольно редкая фамилия, и при устной речи вполне может восприняться слушателем как Зайцев. Долгие поиски достоверного первоисточника информации о легендарном солдате-поэте до сих пор никаких результатов не дали. Но найдено множество малоизвестных предположений, вплоть до того, что это произведение – удачный графоманский опус, приписанный не существовавшему герою. С чем согласиться никак нельзя. Воин-поэт вне сомнений обладал неординарным талантом.
Написано это произведение в ожидании смерти, – и под воздействием чувственности и красоты этого «письма», я когда-то написал отзыв о нем, который был опубликован в газете «Спас. Слово веры» в 2011 году, привожу выдержку: …«Меня это письмо потрясло тем, что оно разительно отличается от всех других подобных, написанных на фронтах второй мировой войны. На войне можно привыкнуть к страху смерти и даже не замечать его. Но мысли о том, что в любую секунду ты можешь потерять жизнь, конечно же приходят. И, чаще всего, именно в минуты или часы полного затишья (это хорошо отражено в письме). Ещё это письмо отличается от других подобных тем, что оно обращено не к матери, не к отцу, не к любимой, а к Богу. Александр пришёл к Богу, скорее всего, в последние часы, если не минуты, своей земной жизни. Здесь нет пафоса и картинности, здесь разговор с Богом: «Прощай, мой Бог, иду! И вряд ли уж вернусь», – это слова всю жизнь не веровавшего, вернее уверовавшего в последние минуты своей земной жизни, человека, и это простительно ».
По одной из версий получается, что автор Александр Зацепа (Зайцев) вовсе не советский солдат. Владимир Бондаренко в предисловии к книге Виктора Филатова «Власовщина. РОА: белые пятна» вышедшей в 1995 году в приложении к журналу «Молодая гвардия», пишет о том, что ему передал это предсмертное стихотворение русского офицера (не солдата!) некто Петр Паламарчук. И далее потрясающее открытие – с какой же стороны окопа находился этот воин – совершенно не согласуется с «советской» версией: стихотворение было найдено американцами у погибшего власовца из состава русских батальонов, воевавших против них. Автором этого стихотворения был унтер-офицер 642-го батальона армии генерала Власова – Александр Зацепа, который был убит в 15 километрах от берега Атлантического океана. Большинство источников утверждают, что воин-власовец – все же солдат, не офицер.
Также есть и такая версия: впервые это стихотворение было прочитано по американскому радио в июне 1944 года! Но никаких документальных подтверждений ни этой, ни другим версиям не имеется. Так как «Письмо солдата» без чьей-либо аннотации идеологически никак не выдержано, нельзя однозначно утверждать – против кого воевал солдат, и кто был его смертным врагом. Кто он – «предатель» или «герой»? Любая из противоборствующих сторон в условиях информационной Тайны «Письма солдата Богу» войны может «приписать» погибшего поэта в свои ряды. Анализируя текст, смысл, и дух этого «Письма», а также имея пусть и противоречивую информацию, можно предположить: автор воин был интеллигентным и грамотным человеком, из интеллигентной семьи. Возможно родители его из «бывших», вероятнее всего были верующими людьми, и, возможно, были репрессированы. Атеистическое мировоззрение он мог получить только в советской школе. Отсутствие политической подоплеки и образа «врага» в стихотворении может говорить о том, что солдат был все-таки воином генерала Власова, где присутствовала религиозная поддержка воинского духа в лице служащих в полевых церквях священников из русской эмиграции. Однозначно можно утверждать одно – солдат был действительно поэтом, много писавший, но не публиковавшийся.
Вполне может быть и такое: это стихотворение с указанием имени и фамилии автора были у части русских солдат и офицеров по обе стороны окопа, произведение просто переписывалось и распространялось по принципу самиздата в разных местах фронта и в разное время. Что, в принципе, было явлением распространенным. Таким образом, можно понять, почему в аннотациях к произведению воина-поэта указываются различные места гибели солдата. И, так как талантливое стихотворение имело запрещенный в СССР явный религиозный оттенок, то, в отличие от власовских, в среде советских воинов оно тщательно скрывалось. Описываются случаи, когда во время жесточайших боев, советские солдаты и даже офицеры вставали на колени и молились Богу, запрашивая пощады и избавления от смерти.

Андрей Ефремов, Якутск
(первая редакция: журнал «Профсоюз Полиции 5/2015»)

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector