0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Почему Церковь против эвтаназии

Почему Церковь против эвтаназии

Приблизительное время чтения: 5 мин.

Мы можем чувствовать правоту своей веры, но не всегда можем ее объяснить или доказать человеку неверующему, в особенности тому, у кого наше мировоззрение почему-то вызывает раздражение. Разумные вопросы атеиста могут поставить в тупик даже самого искренне верующего христианина. О том, как и что отвечать на распространенные аргументы атеистов рассказывает наш постоянный автор Сергей Худиев в проекте “Диалог с атеистами: православные аргументы”.

Смотрите очередной прямой эфир на странице «Фомы» в Facebook по вторникам в 20.00, во время которого вы сможете задать свои вопросы.

Таинство смерти в христианстве

Наука и медицина стремятся отодвигать границы, которые ознаменовывают выход души из тела. Ученые разрабатывают многочисленные способы, возвращающие больных в сознание. Однако вера в бессмертие индивидуальной души, а также в загробное пространство ставит возможность «благой кончины» под большое сомнение.

Христианство не допускает распространения этой практики, основываясь на важнейшей заповеди Господа «не убей». Церковь нравственно отрицает легализацию эвтаназии, набравшей популярность в светской среде.

  • Таинство смерти рассматривается в заупокойных литургиях и представляется трагичным моментом бытия. Православные люди испытывают скорбь в память о почивших, но радуются, когда вспоминают, что Спаситель подарил нам бессмертие, приняв мученическую кончину и раскрыв Врата Рая. Сошедший на землю Господь победил физическую смерть — последнего врага.
  • Православная церковь ежедневно молится за безболезненную, мирную кончину для каждого человека. Такую смерть в Древней Греции именовали именно «эвтаназией». В те времена это слово никак не ассоциировали с преждевременным концом, переполненным унынием, великим отчаянием и страшной болью.
  • Сегодня эвтаназия является своевольным (то есть отрицающим могущество Творца) уничтожением телесной оболочки. Сторонники метода говорят о сочувствии, облегчении тяжелейших страданий, но понятия эти искажаются, если рассмотреть вопрос глубже. Современная эвтаназия образовалось на почве безверия и потери любви к окружению, на месте вечных истин стал образовываться прямолинейный рационализм, не приемлющий того, что скрыто.
  • Человеческая жизнь — великий дар Господа, который руководит началом и концом всякого существования. Ключевые моменты бытия сокрыты от разума и составляют неразрешимую тайну, которую должны смиренно воспринимать и родственники, и врачи, и каждый из нас. Мольбы несчастных об эвтаназии испытывают чувство нашей любви и желания находиться рядом, проявляя сочувствие.
  • Существование испытаний рассматривается как содействие ко спасению души. Церковь, зная о слабости болезненности человеческой натуры, просит Господа смилостивиться над умирающим. Религия рекомендует молиться перед образом Творца, а не делать выбор между смертью и жизнью.

Эвтаназия – это убийство, а врач – не палач

«Многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие»

Для христианина имеется три степени для спасения: а) не грешить; б) согрешивши, каяться; в) кто плохо кается, тому терпеть находящие скорби.

Свт. Иоанн Златоуст

Дискуссия об эвтаназии на днях с новой силой развернулась обществе: в Совет Федерации был внесен законопроект о легализации эвтаназии. 17 апреля 2007 г . газета «Коммерсант» со ссылкой на председателя комитета Совета федерации по социальной политике Валентину Петренко сообщила, что в СФ готовится законопроект, разрешающий эвтаназию в РФ. Если законопроект будет принят, пишет газета, то врачи смогут выполнить просьбу неизлечимого больного о лишении его жизни и ввести в его организм повышенную дозу обезболивающего, чтобы прекратить работу мозга. Сама же Валентина Петренко в интервью РИА Новости сообщила, что такого законопроекта нет. «Мы не разрабатывали законопроект, его текста не существует», — сказала она. В то же время она признала, что комитет направил «материалы для обсуждения» в медицинские круги для изучения проблем тяжелобольных и актуальности эвтаназии для России. «Речь идет о том, чтобы изучить проблему эвтаназии, существующую в России», — объяснила сенатор.

Против эвтаназии выступают и врачи, считая прекращение жизни пациента этически невозможным для врача, и Церковь, напоминающая, что эвтаназия – всего лишь эвфемизм для обозначения убийства и самоубйства. Епископ Бронницкий Амвросий прокомментировал эту проблему следующим образом:

«Церковь определяет эвтаназию как самоубийство и убийство. Пропаганда самоубийства является крайней степенью отпадения от Бога. Люди, выступающие за легализацию этого греха, являются безрелигиозными и совершают тяжелый грех против Бога – источника жизни.

Бог бесконечно больше любит человека, нежели те люди, которые под видом сострадания пытаются вмешаться в действие Промысла Божия о спасении человека. Страдания подчас являются очистительными и ведут к спасению и славе в жизни будущего века. Вместе с тем священнослужители на опыте знают, как после молитвы, соборования и причащения абсолютно безнадежные больные возвращались к нормальной жизни. Инициаторы эвтаназии выступают против Бога и фактически являются не просто неверующими в Бога и в будущую жизнь людьми, — а богоборцами.

Эвтаназию нельзя рассматривать иначе, как форму скрытого или открытого сатанизма. Разлучение души от тела, так же как и рождение человека принадлежит только Богу. Только Он является источником воскресения, жизни и упокоения. Ужасно, когда врачей, призванных охранять здоровье и жизнь людей, предполагают сделать орудиями убийства».

Святейший Патриарх Алексий поднял тему эвтаназии еще вконце 2006 года на Епархиальном собрании Москвы: «Широкое распространение сегодня получило мнение о том, что человек вправе распоряжаться своей жизнью. Сегодня в обществе звучат голоса, требующие легализовать это греховное «право». Предпринимаются попытки объяснения самоубийства в медицинских терминах, дав ему название «эвтаназия». Ужас ситуации состоит в том, что орудиями убийства предполагается сделать врачей, которые по долгу службы обязаны заботится о сохранении жизни человека. Мы должны со всей твердостью заявить: эвтаназия — это один из видов сознательного самоубийства. В религиозном отношении — это крайняя степень отпадения от Бога… Православная Церковь не может квалифицировать пропаганду эвтаназии и самоубийства иначе как скрытый или явный сатанизм», — заявил Святейший Патриарх.»

Главный государственный санитарный врач России Геннадий Онищенко осудил попытки некоторых СМИ обсуждать вопросы эвтаназии применительно к нашей стране.

«Сон разума», порождением которого являются демонстрируемые второй день по телевидению монологи о необходимости обучить врачей искусству убийства, является сатанинским кощунством и глумлением над врачебной профессией — сказал Г. Онищенко «Интерфаксу».

«Люди, избирающие профессию врача и приходящие в нее, ставят перед собой одну цель — сохранить, насколько возможно, жизнь и здоровье человека, то есть сделать все, чтобы человек на заболел, а если он заболел, вылечить его и, даже если он безнадежно болен, облегчить его страдания до тех пор, пока Создатель дает ему быть на этой земле».

Читать еще:  Разрешите мне родиться...

Как подчеркнул собеседник агентства, «обсуждать эту тему, а тем более говорить о написании каких-то «законов», позволяющих врачу превратиться в убийцу, это значит не понимать сути врачебного служения — врач это не профессия, а состояние души.

«Не понимать этого значит оскорблять почти миллионную армию российских врачей», — считает Г.Онищенко.

По его словам, страна, наложившая мораторий на смертную казнь как меру наказания и выполняющая этот мораторий, «не имеет права даже заговаривать о том, чтобы обязать врача преднамеренно лишать больного жизни».

«Необходимо прекратить эту безнравственную дискуссию. Врач — не палач. Это следует знать твердо», — заключил Г.Онищенко.

Министр здравоохранения Республики Калмыкия Мерген-Бадма-Горяев считает, что в стенах медицинских учреждений эвтаназия просто недопустима, сообщает государственное телевидение Республики Калмыкия.

«Профессия врача подразумевает лечение человека, пока в нем теплится жизнь. Причем, врач тоже человек. Невозможно, чтобы он осуществлял умерщвление», — считает министр Мерген Бадма-Горяев.

«Я не согласна с этим законопроектом, потому что искусственно прерывать жизнь человека, даже если он безнадежно болен, нельзя», — сказала глава российского Красного креста Раиса Локутцова. По ее словам, есть страшные заболевания, но для близких людей важно, чтобы родной человек был рядом как можно дольше.

Главный врач Первого Московского хосписа Департамента столичного здравоохранения Вера Миллионщикова согласна с тем, что нельзя лишать человека жизни, даже если он тяжело болен. «Не ты рожал, не ты жизнь давал, не ты имеешь право ее отнимать!» — сказала она. По мнению Миллионщиковой, если человек желает помочь безнадежному больному, надо «сделать так, чтобы человек достойно доживал». «К жизни надо относиться трепетно», — добавила главврач первого в столице учреждения для безнадежных больных.
.

Категорически высказался против эвтаназии заведующий онкологическим отделением онкодиспансера номер три Восточного административного округа Москвы Анатолий Коротченко. «Смертельно больному человеку необходимо колоть наркотики до последней минуты его жизни, гробить его никто не имеет право. Все мы в свое время давали клятву Гиппократа. И не важно, какой век на дворе, — 20-й или 21-й, — на первом плане у врача по отношению к больному должно быть такое понятие, как гуманизм», — считает он.

«С православной точки зрения, как самоубийство, так и содействие ему абсолютно безнравственно. Человек должен принять, что ему послано в этой жизни, а не пытаться бросить вызов Богу, с пренебрежением отвергая Его дар, которым является жизнь», — заявил во вторник зампредседателя Отдела внешних церковных связей Московского патриархата протоиерей Всеволод Чаплин. «Если такой законопроект действительно существует, он, на мой взгляд, не должен приниматься наскоро, только на основе мнений профессионалов (врачей, юристов и т.д.), особенно тех их групп, которые лоббируют такого рода предложения», — отметил Чаплин.

По его словам, легализация эвтаназии может породить злоупотребления со стороны медиков, юристов и даже родственников больного. А главное, что сам больной будет подталкиваться ложной моралью к попыткам самоубийства ради того, чтобы облегчить жизнь окружающим. «Эта мораль действительно совершенно ложная. Вечная жизнь важнее, чем все земные заботы, а ее-то человек и лишит себя, совершив самоубийство», — заявил священнослужитель. Вместе с тем он признал, что бывают ситуации, когда искусственно поддерживать функционирование организма, «может быть, и не нужно». Речь идет о таких случаях, когда человек в течение многих лет не подает признаков сознания, когда уже невозможно понять жив он или мертв, «находится его душа в теле или уже нет». «Но эти ситуации не имеют ничего общего с эвтаназией в том виде, в каком ее нам ее предлагают», — заключил представитель Московского патриархата.

Почему Церковь против эвтаназии

Эвтаназия – милосердие к больному или убийство? Тема легализации эвтаназии в мире становится все более актуальной. Епископ Орской и Гайский Ириней поясняет, почему Церковь её осуждает.


Тема легализации эвтаназии становится все более актуальной. Среди государств, в которых уже узаконена эвтаназия,- Голландия, Дания, Швеция, Бельгия, Австралия, Япония, Германия, Китай и некоторые штаты США. В наше время предпринимаются значительные усилия, чтобы легализовать эту меру и там, где она до сих пор запрещена.
Каково отношение Церкви к этой проблеме? В чем состоит аргументация резко отрицательного отношения представителей духовенства и мирян к эвтаназии в принципе? Возможно ли понять боль другого человека, будучи самим благополучными? Эти и многие подобные вопросы возникают достаточно часто.
Что такое эвтаназия? Это греческое слово, которое стало международным термином, является составным. Оно состоит из прилагательного «благо» или эпического «ev», что значит «добрый, красивый, доблестный, благородный» и слова «танатос», что значит «смерть». Что значит: «помощь в смерти».
Современное кощунственное искажение первоначального смысла этого понятия определило резко отрицательное отношение Церкви и категорическое неприятие с ее стороны подобных «мер облегчения страданий». Причина такого искажения – в потере и подмене первоначального смысла.
В медицине наметилась тенденция отхода от христианских ценностей. Сначала врачи посчитали допустимым искусственное прерывание беременности, чем были грубо попраны основы медицинской этики, теперь после решения проблемы «лишних детей», на очереди проблема «лишних стариков» и «лишних людей».

Для Православной Церкви эвтаназия — не что иное, как узаконенное убийство или самоубийство. Это смертный грех. Об этом явно свидетельствуют иерархи Православной Церкви. «Мы должны со всей твердостью заявить: эвтаназия – это один из видов сознательного самоубийства. В религиозном отношении – это крайняя степень отпадения от Бога… Православная Церковь не может квалифицировать пропаганду эвтаназии и самоубийства иначе как скрытый или явный сатанизм», — считал Святейший Патриарх Алексий II.
Столь же категорично мнение и патриарха Кирилла, утверждающего, что «относительно больных людей ни в коей мере нельзя применять смерть, как средство решения проблем».
Мы, христиане, не можем согласиться с прямым или косвенным прерыванием жизни, так как мы считаем, что не имеем на это права. Жизнь не является чем-то, что принадлежит нам. Ее человеку при рождении дает Бог. Он может и забрать ее. Только Он является Владыкой жизни и смерти. «Господь умерщвляет и оживляет, низводит в преисподнюю и возводит» (1 Цар. 2, 6).
Мы знаем, что испытания, которые встречает человек на жизненном пути, никогда не будут выше возможной для него меры. Мы верим, что Бог невыносимого креста не даст. Поэтому ничто не может быть оправданием для преждевременного ухода из жизни, самовольного или «вынужденного».

Читать еще:  Мы не потеряли - мы приобрели

Митрополит Волоколамский Иларион так говорит об этом: «Для нас это очень серьезная нравственная проблема, которая касается вопроса о том, кто является хозяином человеческой жизни. Мы, религиозные люди, убеждены, что как мы не являемся хозяевами нашего рождения, так мы не является хозяевами нашей собственной смерти… И этот священный дар жизни должен сберегаться от зачатия вплоть до последнего вздоха человека».
Позиция Церкви остается неизменной: человеческая жизнь достойна защиты и сохранения от зачатия до естественной смерти. Самоубийство, склонение к самоубийству и тем более принуждение к самоубийству — тяжкий грех».
В соответствии с позицией иерархов Церкви и мнением большинства авторитетных представителей российской медицинской общественности святая задача врача — смягчать страдания, спасать жизнь, продлевать ее, а не становиться палачами. И очевидно, что медики выступают против инициативы легализации эвтаназии – по сути, убийства, которое предполагается совершать руками самих же врачей.
Так, Директор НИИ онкологии им. П. А. Герцена (Москва), академик РАМН В.И. Чиссов заявляет: «Как врач считаю, что мой профессиональный долг — лечить больного, а не убивать его. Есть безнадежные больные, жизнь которых — сплошное страдание. И я могу быть абсолютно уверен в том, что вылечить их невозможно. Но ведь существует еще и симптоматическое лечение, когда врачи борются не с самой болезнью, а с ее симптомами. И если страдание является симптомом неизлечимой болезни, я буду стараться облегчить это страдание, стараться сделать так, чтобы умирающий человек хотя бы не мучился, не чувствовал боли. Есть ведь специальные обезболивающие препараты. Да, врач не может победить неизлечимую болезнь, но он может поддержать обреченного человека, помочь ему прожить последний отрезок его жизни. Сознательно отнимать жизнь у больного он не имеет права. Иначе — это уже не врач».

Признание законности эвтаназии привело бы к умалению достоинства и извращению профессионального долга врача, призванного к сохранению, а не к пресечению жизни.
«Право на смерть» легко может обернуться угрозой для жизни пациентов, на лечение которых недостает денежных средств. Таким образом, эвтаназия является формой убийства или самоубийства, в зависимости от того, принимает ли в ней участие пациент» — говорится в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви».
Многие врачи по всему миру разделяют мнение о том, что принятие закона об эвтаназии означает для них позор. С медицинской точки зрения, болезнь, ведущая к смерти, не является непобедимой, поскольку человек может увидеть некий смысл и в этом событии.
Исследования Университета Campus Biomedical показывают, что никто из тех, кто просит об эвтаназии, не делает этого только из желания умереть. Существуют три причины, которые вместе с тем косвенно характеризуют современное общество: физическая боль, отчаяние, происходящее от исчерпания всех физических сил, и страх стать тяжким бременем для своих близких. Если бы больной был уверен, что хотя бы одна из этих причин, или даже все три, встречают любовь и участие со стороны медперсонала, родственников и друзей, он не был бы вынужден просить об эвтаназии. Таким образом, очевидно, что основанием для оправдания легализации эвтаназии, какими бы высокопарными аргументами это ни прикрывалось, является бессердечное отношение к больному человеку.

Сторонники подобных мер, порой даже того не осознавая, своей поддержкой эвтаназии свидетельствуют о собственном убеждении, что существование человека должно оцениваться на основании силы и его способности к деятельности.
Возникает опасность формирования некоего общества, в котором будут иметь место только здоровые, состоятельные и успешные люди. Такая позиция приводит их к логическому заключению, что достойным человеком является только сильный и здоровый и что общество должно состоять только из таких «достойных людей». Все это совпадает с восприятием человека как совокупности клеток, гармонично связанных между собой подобно некоему совершенному механизму, который в случае поломки ремонтируется и, по завершении цикла работ, выбрасывается. Несомненно, что подобное восприятие человека неприемлемо для Церкви, почитающей его венцом творения Божия.
С благоговением относясь к человеческой жизни, Церковь утверждает, что все, встречающееся на жизненном пути так или иначе призвано вести человека ко спасению. Нередко тяжелая болезнь отрезвляет, казалось бы, совершенно потерянного для общества и Церкви человека, заставляет его задуматься о ценности жизни, о Боге, о спасении, о вечности.
Верующие люди в большинстве своем переносят болезнь с терпением. Религиозный опыт помогает им относиться к возникшим обстоятельствам и к лечащему их врачу с доверием. Слово Божие внушает нам: «Почитай врача честью по надобности в нем; ибо Господь создал его, и от Вышнего врачевание» (Сир 38, 1).
Мы знаем, что Бог посылает человеку болезнь, чтобы исцелить его душу, чтобы человек смог подготовить себя к будущей жизни, к встрече с Творцом. Болезнь в данном случае является лекарством для души от скверны греха. В случае неизлечимой болезни, время, оставшееся человеку для жизни земной может стать самым осмысленным и содержательным, временем покаяния и примирения с Богом и с ближними.
Но как быть, если человек еще не обрел веры? Приводит ли болезнь к вере? Однозначного ответа на этот вопрос, наверное, не существует. Одних — приводит, а других — отталкивает и утверждает в мысли, что, если бы Бог был, Он никогда не допустил бы страданий. Так происходит потому, что перед лицом смерти у человека всегда остается свобода выбора: быть с Богом или быть без Него. Болезнь ставит нас перед фактом — жизнь человека хрупка, а смерть — неизбежна.
Итак, смерть – это факт, а не право, как утверждают сторонники эвтаназии. Единственное право, которое имеет человек – защищать и делать все возможное, чтобы сохранить жизнь, которая ему дана Богом. Семена высшего долга, который мы имеем относительно жизни как дара Божьего, дает нам Гиппократ, который категорически отвергает эвтаназию и даже требует от врачей, чтобы они поклялись в том, что «не дадут никогда никому просимого у них смертельного средства и не покажут пути для подобного замысла».

О том же говорится и в клятве Российского врача, которую согласно законодательству (ст. 71 ФЗ № 323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011.) приносят все выпускники медицинских ВУЗов: «Получая высокое звание врача и приступая к профессиональной деятельности, я торжественно клянусь . проявлять высочайшее уважение к жизни человека, никогда не прибегать к осуществлению эвтаназии».
В «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви» есть указание на то, что «предсмертные физические страдания не всегда эффективно устраняются применением обезболивающих средств. », но здесь же отмечается и то, что «зная это, Церковь в таких случаях обращает к Богу молитву: «Разреши раба Твоего нестерпимыя сея болезни и содержащия его горькия немощи и упокой его, идеже праведных дуси» (Требник. Молитва о долгостраждущем).
Таким образом, у верующего человека есть право на отказ от усилий по продлению своей жизни, но нет права на усилие, ведущее к прекращению жизни. Один из подобных примеров приводит диакон Андрей Кураев: «Представьте, что человек, который знает, что он не может жить без аппарата искусственной почки, узнает, что в больницу поступил ребенок с ожогами и его жизнь зависит от наличия этой самой «искусственной почки». А она одна на весь город… И тогда он просит: «Отключите этот аппарат от меня. Отдайте ребенку». В этом случае это будет не самоубийство, а самопожертвование, то есть — подвиг… Дело не в поступке, а в мотивации».
Еще одним важным аргументом против эвтаназии является то, что сегодня медицинская наука постоянно совершенствует возможности борьбы с болью. Необходимо приветствовать начинания, предпринимаемые теми врачами, которые посредством применяемых ими лечебных методов, облегчают страдания больных до самого конца их жизни. Таким образом, они дают как научный, так и человеческий ответ тем, кто поддерживает эвтаназию, всегда помня, что любовь и моральная поддержка медперсонала, родственников и близких являются незаменимыми средствами для борьбы больных со своими страданиями.
Кроме того, легализация эвтаназии будет способствовать серьезному разгулу беззаконий в этой области. Достаточно представить, какие возможности откроются для криминального раздела собственности, для всевозможных фальсификаций диагноза, степени тяжести состояния больного.
В большинстве случаев разговор об эвтаназии заводят не сами больные, а их родственники. И если эвтаназия будет разрешена, к сожалению, скорее всего, больные и престарелые люди будут подвергаться очень жесткому прессингу со стороны собственных наследников. Ведь уже сейчас нередко приходится слышать страшные заявления в адрес лиц преклонного возраста, в якобы «шуточной форме»: «не долго ли вы живете на этой земле?», «не пора ли вам перейти в иной мир?», «тесно из-за вас, не отнимайте нашего жизненного пространства!».

Читать еще:  Что делать родителям, если дети уходят из Церкви?

В случае легализации эвтаназии у наследника будет реальная возможность шуточками, намеками, аргументами и жалобами подталкивать престарелого человека к уходу из этой жизни.
Наша Церковь выступает против этого закона, чтобы сохранить жизнь людям преклонного возраста, которые в течение всей своей жизни сделали многое для того, чтобы современная молодежь вообще имела возможность благополучной жизни. Ведь наши старики нам особо дороги. Более, чем кто либо, это молитвенники за себя и за ближних. Это люди, которые готовятся предстать перед Богом. А главное в любом деле – не начало, а завершение, не старт, а финиш. Сам Господь свидетельствует: «В чем застану, в том и сужу».
Итак, самыми очевидными последствиями легализации эвтаназии могут быть:
— криминализация медицины и потеря социального доверия к институту здравоохранения;
— поругание бесценного дара человеческой жизни;
— умаление достоинства врача и извращение смысла его профессионального долга;
— снижение темпов развития медицинского знания, в частности, разработок методов реанимации, обезболивающих препаратов, средств для лечения неизлечимых заболеваний и т.п.;
— распространение в обществе принципов цинизма, нигилизма и нравственной деградации в целом, что неизбежно при отказе от соблюдения заповеди «не убий».
Именно в виду данных последствий Церковь всегда выступает категорически против всяких попыток так или иначе способствовать применению эвтаназии, особенно на государственном уровне.

Ответы на возражения сторонников «благой смерти»

Многие выдвигают факт, что христианство отрицает этот метод, потому что считает страдания полезными для души, проводя аналогию со страданиями Христа.

Должен ли неверующий терпеть мучения? Церковь отвечает: страдания не всегда идут во спасение. Все зависит от человеческой реакции, которая способна превратиться в смирение или в озлобленность. Люди обязаны прибегнуть к мерам, которые снизят страдания, а умерщвление — это убийство, которое ничем не оправдывается.

Православная культура пытается встать на сторону здравого смысла и противостоять идеологии, которая называется сегодня «культура смерти».

Другой вопрос: «Почему человек не имеет право выбирать собственную кончину?». Грань между самостоятельным решением и тем, которое внушили другие, является очень нечеткой. Возможны случаи, когда на больного оказывают психологическое давление, и последний подписывает бумаги на проведение эвтаназии. «Право умереть» незаметно и естественно трансформируется в «обязанность».

Внимание! Сегодняшняя эвтаназия родилась не от страданий больного, а от того, что несчастный мешает спокойно жить другим. Это чрезвычайно цинично.

Практика «благородной смерти» создает психологический мираж, подталкивающий больного к самоубийству. Решение о «скорейшем выходе» принимается под замаскированным давлением родственников или государства.

Если тяжелобольные в действительности обременяют, это нужно расценивать как возможность смиренного служения Господу. Страдающие люди способствуют разрушению ложной системы ценностей материализма, что возрождает правильное мировоззрение — взаимную любовь и заботу. Ухаживая за живыми существами, верующие открывают сердце к счастливой жизни и спасению.

Уважение и доверие к врачам издавна складывалось из желания победить вечную смерть. Разрешение эвтаназии подломит корень древнейшей науки врачевания.

Выбор из двух зол

Важно понять, что выше представлены общие рассуждения, которыми могут руководствоваться христиане при оценке эвтаназии как явления. Но необходимо осознавать, что при рассмотрении конкретных случаев, в реальной жизни мы гораздо чаще сталкиваемся с выбором между большим и меньшим грехом, нежели между совершением зла и добра. Мы говорили, что болезнь и смерть — это последствие греха, но при этом понятно, что не всякий больной испытывается своей болезнью и духовно возрастает. Конкретная ситуация от многого зависит, в том числе от близких людей, врачей и даже материальных средств родственников. Реальная человеческая скорбь и страдания — это одно, рассуждения о том, что это может послужить больному во благо — это другое. Страдания только тогда могут способствовать совершенствованию человека, когда он идет на него осмысленно, добровольно и с благодарностью принимает помощь врачей и заботу родных. Если же человек вынужден страдать ради умозрительного для него блага, скорее всего, такое страдание его разрушит. Из этого следует только одно. В каждом конкретном случае ситуация должна быть рассмотрена индивидуально, как уникальная и неповторимая. Если умирает христианин, он должен быть знаком с позицией Церкви по этому вопросу и самостоятельно принять решение, за которое ему предстоит отвечать перед Богом.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector