0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Православная Жизнь

Православная Жизнь

Ответ инокини Евгении (Сеньчуковой) на вопрос: «Нужны ли Богу одиночки?»

Текст письма: «Мне 30 лет. На Бога роптать у меня нет причин: внешностью Он меня не обделил, работа есть, родные здоровы. А вот личная жизнь никак не складывается. Мне всегда очень хотелось стать женой и матерью, хотелось любви и семейного счастья. Знакомые церковные люди говорят: либо брак, либо монастырь. Второе — точно не мое: слишком сильно я хочу семью. А первое… Порой мне кажется, что я так никогда и не выйду замуж.

Про то, как молиться о замужестве, как избегать интимной близости до брака, написано много, а вот о том, как жить без любви между мужчиной и женщиной, без детей — почти ничего. Без семьи жизнь кажется мне бессмысленной, а ведь хочется радоваться жизни, видеть в ней смысл, а не просто существовать. В светском мире есть много способов «забыться» — естественно, о них я не говорю. Но есть ли какая-то альтернатива для верующей женщины? Кто-то, жалея меня, говорит, что, может быть, у Бога для меня есть другой замысел. А какой еще, кроме семейной и монашеской жизни, у Бога может быть замысел о нас? Зачем Ему нужны одиночки, как я? Юлия».

«Не могу выйти замуж!» — этот крик души нередко можно услышать от замечательных православных девушек, скромных и целомудренных. Доходит до того, что девушкам уже прямо говорят: «Зачем тебе твои скромность и целомудрие? Миру это не нужно! Миру нужны напористость и раскованность». Более того: даже верующие люди могут тяжело вздохнуть: «Мир поменялся. Придется где-то поступиться принципами».

Между тем прямой связи между скромностью и отсутствием супруга нет. Есть совершенно разные молодые люди. Одни ищут в жены «отвязных девчонок», другие — скромниц. А чаще всего никто никого специально себе не ищет: один человек встречает другого человека и понимает (а иногда и оба сразу понимают), что им друг без друга нельзя. Из этого делаем вывод: чтобы найти супруга, нужно общаться. Иначе ваш суженый может и не узнать, что в одном городе с ним живет такое чудо, как вы.

И вот здесь встает первая и настолько очевидная проблема, что ее обычно не проговаривают. И Юлия тоже прямо ее не упоминает.

Часто мы не умеем общаться. Да, это касается нас, верующих женщин. Кое в чем мир, действительно, поменялся — и далеко не во всем в худшую сторону. Верующие люди по природе своей консерваторы: мы верим в незыблемые основы бытия, не пытаясь обязательно их рационально анализировать. В самом деле, со времен блаженного Августина известно, что пытаться умом постигнуть Троицу — все равно что в ямку море переливать. При этом изменений в социуме мы не то чтобы боимся — часто мы их просто не замечаем.

А зря. Женщина уже давно является полноправным субъектом общения, и христианству это не противоречит.

Когда апостол Павел сообщает, что во Христе нет различия ни в полах, ни в сословиях, ни в национальностях, он не крушит современные ему правила приличий. О них он в другом месте отзывается с глубоким уважением: рабов призывает трудиться для хозяев от всего сердца, женщин — молчать в храме и слушаться супруга… Просто апостол не собирается религиозным откровением ломать устоявшиеся нормы, и нас от этого предостерегает.

Так вот, не ломайте мир равноправия в лучшем его проявлении. Не бойтесь внимания, активности, общения.

Возможно, именно тогда, когда вы научитесь общаться, придут к вам и любовь, и семья, и дети — все, что вам так нужно для обретения смысла. Во всяком случае, шансы на это значительно увеличатся.

Куда податься?

Но не забегаю ли я вперед? Так ли уж хочет автор письма замуж? Юлия ведь не говорит, что ее никто не любит, а спрашивает: «Как жить без любви?» И поясняет, что без семьи (построенной, разумеется, на любви) жизнь кажется ей бессмысленной. Позволю себе задать встречный вопрос: а почему жизнь без семьи бессмысленна? Одиночество взращивает уныние и гордыню. Но всегда ли человек, живущий вне брака, — одинок? И правда ли, что для верующего не существует иных путей, кроме брака и монашества?

Скажу дерзкую вещь: путей гораздо больше. Люди ведь разные. Одни склонны к деятельности, другие — к созерцанию. Одни экстраверты, другие интроверты. Одним нужна семья, другим — не нужна.

Есть ли смысл в жизни человека, посвящающего себя социальному служению?

Есть ли смысл в жизни горящей любовью к детям учительницы, которая до пенсии ходит со своими учениками в походы и на экскурсии, постоянно придумывает новые преподавательские «фишки»?

Есть ли смысл в жизни ученого, который отдает всего себя на поиски лекарства от смертельной болезни, разрабатывает новое дешевое и качественное топливо, изучает никому не интересные летописи, способные, однако, открыть глаза на целую эпоху?

Эти люди, даже если у них нет своей семьи, живут в полном согласии с Божьим определением: «Нехорошо человеку быть одному». Они и не одни. Они — со своими подопечными, учениками, коллегами и будущими потребителями их изобретений.

И это — ответ на вопрос: «Зачем Богу одиночки?» О, настоящие одиночки — это, пожалуй, особо любимые Богом люди. Это те, кому Он предлагает пройти самый увлекательный квест: «найди свой смысл». Позволю себе передать Юлии этот совет: поищите свой смысл в жизни. Поищите честно и откровенно, без оглядки на то, чтó вы привыкли слышать или видеть. Может быть, у вас нет ни мужа, ни детей, потому что в глубине души вы хотите помогать детям, оставшимся без родителей? Или петь песни, радующие души уставших людей?

Самое главное, чтобы ответ не был бегством от себя. И, к слову сказать, вполне может оказаться, что, тщательно разобравшись в себе, вы только убедитесь в том, что жизнь без семьи не имеет для вас смысла. Но это будет уже совсем другой уровень понимания своих настоящих желаний. И пусть Господь даст вам долгожданное семейное счастье!

Каково это — с дырой в сердце?

Есть еще один ответ. Вскользь я о нем уже упомянула — монашество. В процессе самокопания вы можете вдруг понять, что никакого другого смысла, кроме Бога, в вашей жизни нет. Но я специально вынесла этот вариант ответа в самый конец текста: тут надо быть особенно осторожными. Слишком велик соблазн сбежать от себя в черном длиннополом платье и спрятаться в монастырских стенах. И все же дезертирство — это не христианское решение войны с бессмыслицей. Про человека, который отодвигает решение сложных проблем путем принятия мона­шества (да и вообще принимает монашество для достижения любых целей, кроме духовных), можно мрачно шутить: «Сапер ошибается дважды, один раз — при выборе профессии».

Монашество может быть ответом на ваши терзания и искания только в одном случае: если вы поняли, что не можете без Бога. Это очень похоже на принятие решения о вступ­лении в брак. Только о том, что брак нерасторжим, люди сегодня стали забывать, а вот о неснимаемости монашеских обетов пока еще помнят. Поэтому если вы чувствуете колебания — не повторяйте первую ошибку сапера. Подождите.

Только при этом не перепутайте ваши колебания и сомнения с давлением извне. Юлия пишет, что ей уже с жалостью говорят, что у Бога для на нее могут быть другие замыслы. Увы, наши современники, даже самые верующие, часто не блещут тактом. В словах сочувствия несложившейся чужой личной жизни ясно слышится: «Куда же бедной неудачнице деваться, как не в монастырь!»

Если вы все же примете решение о мона­шестве, этот мотив тоже будет звучать, причем и от «церковных», и от «нецерковных». Одни будут говорить, как это здорово, что Господь не посылал вам семью, а дал вступить на трудный, но спасительный путь. Другие начнут вас оплакивать. До сих пор я слышу даже от некоторых православных: «Ну зачем ты торопилась? Ты ведь могла еще кого-то встретить!» О, если бы и те, и другие знали, как это дико слышать! Выбор монашества похож на выбор брака, но одно к другому здесь может сводиться лишь символически. Да, от апостола и из святоотеческих трудов мы знаем, что брак призван усмирять страсти. Но брак вовсе не является заменой монашества для «распущенных». Точно так же монашество не является «утешением для неудачников».

Тут тоже необходима честность. Если монашество — действительно ваше призвание, то, скорее всего, в момент осознания этого вы испытаете чувство одновременно и облегчения, и чего-то напоминающего раскаяние. По крайней мере, у меня это происходило примерно так. Иноческий постриг я приняла полтора года назад. А мысли о монашестве у меня возникали лет с восемнадцати, но я их все время отодвигала на потом. Понять и принять, что их отодвигала именно я, а не внешние обстоятельства, было очень сложно. Монашество некоторые считают не самостоятельным таинством, а разновидностью покаяния. С такой характеристикой я не соглашусь, но что-то в ней все же есть. Если понимать покаяние как метанойю, то есть — перемену ума, то происходит она не тогда, когда ты при постриге ползешь по храму под пение тропаря «Объятия Отча», а когда еще до пострига вдруг понимаешь, что твое сердце целиком и без остатка забрал Бог. Ты сам отдал Ему свое сердце. В груди теперь дыра, и она вечно болит. Вариант один — отдать себя вместе с сердцем, руками и ногами, головой и каждой клеточкой мозга.

Читать еще:  Зачем православным святые отцы? Неужели Библии им мало?

Все, что ты пытался, пытаешься или будешь пытаться оставить себе — измена Ему. И более того: пытаться заполнить пустующую дыру в груди чем-то, кроме Бога, — это все равно что засыпать булавки или иные инородные тела в кровоточащую рану.

Все вдруг встанет на свои места, когда вы поймете, что лечили следствие, а не причину. Не одиночество надо было лечить поиском семьи, а пустоту на месте уже отданного Богу сердца — Богом.

Похожие вопросы

  • Каков возраст монашеского пострига?
  • Жениться или нет?
  • Платят ли трудникам в монастырях?
  • Может ли инвалид стать монахом?
  • Является ли человек иеромонахом?

4 Ответа

  • Активность
  • По голосам
  • Новые
  • Старые

Ничего плохого с Вами не происходит. Удаление от мирской суеты — это благо для христианина. И это не обязательно монашество. Хотя в Вашем случае такую возможность и не исключаю. Но для того, чтобы понять, все же необходимы личные беседы со священником. Постарайтесь попасть к священнику, я не думаю, что это сильно затруднительно. На исповедь ведь Вы в любом случае подходите, попросите отдельно уделить Вам время, описав суть вопроса. Будет возможность — и в монастырь еще раз поезжайте.

Вот, что советует в похожей ситуации святитель Николай Сербский:

«Чадо, если колеблешься, то знай: ты скорее за брак, чем за монастырь. Монашеская жизнь для тех, кто не колеблется. Святой Савва не испытывал сомнения. Ни святые Феодора, Ксения и Евфимия, ни многие другие, ставшие истинными подвижниками монашеской жизни, не сомневались. Ибо «не все могут вместить, но кому дано».

Говоришь, часто сидите с матерью у огня и взвешиваете «за» и «против». А я тебе скажу: сколько ни взвешивай, все равно не «за» и «против» решают, а любовь. Любовь выше всех доводов. Если любовь ко Христу не приведет тебя в уединение монастырской тишины, тогда любовь к миру удержит тебя в мире и приведет к браку. Но и в этом случае будешь благословенна благословением Сарры и Рахили и твоей собственной матери.

Великая любовь к Богу не выносит мира, чуждается общества, ищет уединения. Такая любовь подвигла тысячи душ уклониться с широкого пути мира и уйти в пустыни, чтобы быть наедине с любимым Господом. Чтобы иметь втайне свидание с Создателем своим, Который весь – любовь, и по имени, и по существу. Но прежде всего, чтобы удостоиться этого созерцания и встречи, монахи и монахини принимают и пост, и труд, и смирение, и бдение, и бедность, и послушание, и другие обеты, только чтобы удостоиться этого духовного свидания с Господом своим. И на этом тесном пути душа удостаивается встречи с Ним, когда освободится, очистится и украсится. От чего должна освободиться душа пустынника? От всех земных уз и пристрастий. От чего должна очиститься? От всякой так называемой любви телесной и земной, от любви к плоти, родным и друзьям, к своей деревне или городу, к имению, одежде, еде, к украшениям. Чем должна украситься душа? Одной только любовью ко Христу, которая вмещает в себя все украшения, весь жемчуг веры, все изумруды надежды, все самоцветы добродетелей. Испостившееся тело монаха служит только легким покровом этого бесценного небесного сокровища.

Так пишу тебе не для того, чтобы привлечь тебя к монашеству, но, скорее, чтобы отвратить тебя от него. Ибо если в колебании духа удалишься от мира, то тяга к миру в тебе усилится, и боюсь, что поборет тебя. И будешь ты телом в монастыре, а душой в миру. А мир, отраженный в зеркале души, мучает сильнее, нежели в действительности.

Благодари Господа, что, кроме тесного монашеского пути, Он указал тебе более просторный путь ко спасению и вечной жизни. Иди же, чадо, по этому просторному пути, который более отвечает твоим склонностям. Ступай по этому пути, но иди со страхом Божиим и полным доверием ко Господу. Ибо знай: и этот путь не одолеть без Бога.

Благословение Божие да будет с тобою!»

В Вашем случае, когда земное отходит, именно стремление к Богу должно заменять пустоту. И монашество хорошее продолжение жизни.

Конечно, нужно всё взвесить, решение принимать только обдуманно, проведя не менее 3 лет в монастырских трудниках и послушниках (как рекомендовали в древности). За это время осознать, и как вариант вернуться в мир, чтоб жить приходским храмом в относительной свободе. Это может быть храм в удалённом поселении, где не хватает всего.

Ещё важно, прочитать отцов Церкви, изучить монашеские уставы, книги об аскетике, о богослужениях. Монахи это не молчуны, но интеллектуалы. Если книги отцов по-настоящему тронут струны души, то это тоже будет плюсом для такого шага.

Ещё нужно понять, что можете принести в монастырь. Там нужно работать руками, и значит, иметь способности и умения, чтоб эти занятия не раздражали, не стать в тягость сёстрам.

Самое сложное принять отказ от собственной воли. Смирение монаха это отпечаток Любви, к которой призвал Христос. Не каждый способен к этому, нужно разбирать внутреннее Я, чтоб определить готовность полного безропотного подчинения духовнику и игуменье. Сможет сегодня одна женщина, быть в добровольном вечном подчинении у другой?

Это круг вопросов, который нужно обдумывать, и давать себе ответы.

Благодарствую за ответы. Для меня было важно понять, что то, что со мной происходит, не патологического состояние, а естественное. Совсем перестаю общаться на мирские темы, мне кажется коллеги уже шепчутся и переглядываются. Меня это мало волнует, волнует все ли хорошо с моим душевным состоянием.

Постараюсь поговорить со священником, желательно монахом, но монастырь сейчас закрыт на карантин, а исповедь общая, буду молиться, чтобы удалось по Божией милости, думаю все получиться. Тем более срочности особой нет.

Литература особенно близка для монашествующих, первая книга была «Не предпочитай ничего любви Христовой» схиархимандрита Иоакима Парра в монастыре. Далее начала читать труды преподобного Паисия Святогорца, святителя Игнатия Брянчанинова и др. На ночь молитва преподобного Иссака Сирина. Конечно все отзывается, радует душу.

Господь как будто шаг за шагом ведёт именно к монашеской жизни, поэтому читала про уклад монастырей, жизнь сестёр и братьев, про то что в монастыре искушений больше бывает и не так всё просто.

Господь не оставит и управит все должным образом.

Спаси Вас Господи!

Расскажу про моего бывшего друга. Он воцерковился и быстро понял: в миру, среди обычных людей, ему не место. В монахи он не собрался, но решил работать исключительно при храме, а лучше — при монастыре. Мы его убеждали не делать этого. Говорили: когда святое место станет для тебя обыденной рутиной, ты начнешь разочаровываться и неизвестно, куда тебя потом занесет. Говорили: работай на обычной работе, ходи в храм, молись. Так для тебя будет лучше.
Нет, он все это понимает, но он все обдумал и принял взвешенное решение, — отвечал он с вдохновенным взором.
В общем, устроился этот человек водителем в один из крупных монастырей нашего города. Разумеется, он быстро сделал для себя «великое открытие»: оказывается, монастырский быт — это не Рай на земле, а бытовуха и всякие приземленные, далекие от возвышенности хозяйственные заботы. Разочарование его росло, как на дрожжах. Хотя, справедливости ради, относились к нему там великолепно. Например, когда он по небрежности сбил машиной (без травм) одну из ключевых помощниц игумении, свою начальницу, то куча народа в течении полутора часов успокаивала и утешала… его. Разумеется, его за происшедшее даже не поругали, только жалели. Но все равно он пришел к выводу, что там все обмирщенные стяжатели, далекие от высоких идеалов иночества и старчества.
Ушел оттуда, поработал при другом приходе, но там еще быстрее разочаровался и забузил.
Потом этот человек стал сидеть на раскольнических сайтах и твердить о «безблагодатности РПЦ». А потом и вовсе пустился «во все тяжкие».
К чему я это рассказал? К тому, что не надо слишком рано и необдуманно «завышать свою планку». Может быть, мы еще не настолько неотмирны и близки к Небу, как нам кажется?
С уважением,

Читать еще:  Можно ли верить и в Бога, и в теорию эволюции?

Вы можете пробовать обратиться к архирею на приём. Благодать Божия с ним непрестанно, владыка может подать хороший совет.

Путь к монашеству

Все события, описанные в рассказе — вымысел, совпадения с реальными лицами или событиями — случайность, за которую автор ответственности не несет!

Что еще желать человеку, имеющую хорошую должность на государственной службе при министерстве Освоения Межзвездного Пространства? За пару лет я заработал столько, сколько хватило бы на всю жизнь, да и детям бы осталось. Отношения с людьми? Да, многие бы с удовольствием заняли бы мое место, но все равно, числящиеся за мной акции помогли бы мне начать и развить любой бизнес… Так что же толкнуло меня бросить все и принять участие в Звездной экспедиции к 7-й Центавре?

Будучи трудоголиком по своей натуре, в свое время я сделал себе неплохую карьеру. Можно было бы идти дальше, но зачем? Настал такой момент, когда-то, что составляло единственную радость жизни как то стало казаться не главным. А больше у меня ни чего не было. В поисках смысла жизни попробовал разное. Прошлое сейчас даже неприятно вспоминать. Помню только, что когда я пришел к Богу, у меня не было много альтернатив: или сойти с ума или покончить с собой. Крещение, воцерковление, изучение богословия и религиоведения дали какой то интерес и смысл в жизни. Теперь работа была уже не как цель жизни, а как труд во славу Божью. Финансовые успехи превратились из радости в простые указатели на то, что свою работу я выполнил успешно или не очень.

Были, конечно, идеи и попытки обзавестись семьей, но все как-то не складывалось. Так впервые зародилась мысль о монашестве. Сначала я отбросил ее как искушение. Ведь монашество это призвание, а я наслаждаюсь мирскими радостями и не представляю жизни без них. Читая о том, что будучи монахом, придется отказаться от своей воли, от свободы и вообще от всего, придется вместо интересной и нужной людям работы поливать сухую яблоню или сажать капусту кверху корешками, удерживала меня от глупых поступков. Иногда, бывало, я готов уже был бросить все, но вероятно, милостью Божьей, возникало столько неотложных дел, что я откладывал свой уход в монастырь снова и снова. У меня даже было в кармане несколько благословений на то, чтобы поступить послушником в самые разные монастыри, но мне не удавалось выделить даже недели для этого. Небольшое паломничество 2-3 дня и снова меня вызывали на работу — я не мог доверить ответственного дела подчиненным.

Про Храм на Центавре я узнал совершенно случайно. Поскольку дела с уходом в монастырь все откладывались и откладывались, я сделал очередную попытку обзавестись семьей и вступил в православное молодежное движение «Поиск», занимающееся поиском православных святынь. Да, там было много молодых красивых девушек, да и по сравнению с ихними ребятами я казался солиднее, но сдружиться ни с кем не удалось. Милые, наивные юноши и девушки в возрасте 20 лет они вели себя прямо, как 10 летние дети. Прогулки, игра в снежки, походы за ягодами, чаепития, костры… И между всем этим — попытки чего-то искать. То, что можно было сделать вдвоем за день, делалось всем миром за неделю. Все это могло напомнить мне детство, которого у меня не было. Все детство — это или одиночество или желание вырасти. Любые несерьезности и непрофессионализм меня раздражали и я там долго не задержался. По слухам, меня вроде бы ценили, и я даже каким то девушкам понравился, но сам я этого не заметил. Зато там я узнал про храм на Центавре…

Около двухсот лет назад, на заре звездоплавания, когда первые звездолеты с фотонными двигателями летали к ближайшим звездам, возле Центавры произошла трагедия. Экспедиция успешно долетела, высадилась и начала исследования планет. Тогда люди столкнулись с внеземной цивилизацией. Да, люди искали разумную жизнь во вселенной и наконец, нашли такую. Но цивилизация, хотя была и примитивная по развитию, она оказалась враждебной. В попытке установить контакт многие погибли. Земля приказала закрыть исследования и возвращаться… С этого момента история весьма загадочна. Вроде бы произошел мятеж, в результате которого командир экспедиции вывел из строя навигационные системы звездолета, чтобы невозможно было стартовать, а сам целенаправлеными ударами плазменных ускорителей выжег очаги цивилизации, после чего покончил с собой. Экипажу, однако, удалось вернуться на спасательном модуле, оставив звездолет на орбите. Что история грязная говорит то, что пропали почти все бортовые журналы. Сами же члены команды неофициально рассказывали нечто такое, что не увязывалось с официальными заявлениями. Некоторые члены команды после возвращения внезапно погибли.

Что при космических исследованиях можно наворовать немало — это известно, но вот одна автоматическая исследовательская станция обнаружила на Центавре искусственное сооружение явно земного происхождения похожего на… Православный храм. Так же пойман был радио сигнал, очень странный. Содержащий православные богослужебные песнопения.

Так уж получилось, что спустя год началась подготовка к плановой экспедиции на Центавр, в цель которой входило исследование и странного объекта. И для этой экспедиции нужен был технический директор. И не долго думая, я согласился. Для моей карьеры это означало конец, а за время 5 лет экспедиции на Земле пройдет 15 лет. — все деловые связи будут потеряны. В глубине души я все таки надеялся на то, что когда стану ненужным в миру, — я смогу смело уйти в монастырь.

Два года — не малый срок. Кто-то тоскует о солнце, голубом небе, синем море… Никакой искусственный климат не может заменить созданый Богом мир. Читая жития святых мне попалось житие одного подвижника, который дал обет уйти в монастырь, хотя очень был привязан к мирским радостям. Но он работал над собой… Сначала он выходил гулять недалеко от монастыря, потом лишь смотрел вдаль с монастырских стен. Только после этого уже смог закрыться в келии. Так же вышло и у меня. В период подготовки к полету я заставлял себя привыкать к замкнутому пространству каюты. И это было бы невозможно, если бы не молитвы. Когда порой хотелось бросить все, только молитвы спасали от приступа отчаяния и ярости. Многие не выдерживали. Сначала меня удивило число претендентов на участие в экспедиции. Более 1000 человек. Но мне объяснили, что из них останется не более 50 и будет еще один набор. Так и получилось. Нас за полгода осталось 45 человек. Потом был новый конкурс и пришли новые ребята…

Зачем они летят? Кто то за славой, кто то за деньгами, кто-то самоутвердиться. Зачем я лечу? Духовность? Спасение души? Больше всего не хватает совета духовника и церковной службы. Перед полетом я причастился и пособоровался. Теперь церковных таинств мне не видать целых 5 лет… Интересно, будет ли жив тот батюшка который меня причащал? Ведь он уже старенький, и для него пройдет 15 лет… Только бы не поддаться на соблазны и не отойти от Бога. Так уж получилось, что большинство членов команды атеисты или увлечены неорелигиями — т.е. язычники. Да и какой нормальный православный согласится на 5 лет лишить себя церковных таинств, да еще и участвовать в космической экспедиции. Ведь к космосу отношение церкви далеко не всегда положительное.

Прошла половина пути. Как не хватает совета опытного духовника. Работы не так много, поэтому есть время для чтения. Особенно радует богословие и религиоведение. Ну очень смущают ребят иконы в моем кабинете. Вот и пытаются мне доказать, что существуют более современные и разумные религии. Приходится рассказывать им про отличия христианской Троицы от индийской Тримуртии и прочее. Я смотрю, даже кто то вроде заинтересовался, кто то даже хочет покреститься. Одного парнишку я даже покрестил, по мирски: обмакнув пальцы в взятую с Земли святую воду и трижды перекрестив во имя Отца и Сына и Святого духа. При опасности для жизни такое допустимо, а ведь не известно, что ждет нас впереди. Если все окончится благополучно — ему останется только завершить крещение обрядом миропомазания.

Монастырь виден даже с орбиты. А это именно монастырь! В огромном кратере диаметром 10 километров в центре возвышается на 150 метров сверкающий купол увенчанный православным крестом. Купол — это часть орбитальной станции. Ее посадили на планету и утопили в грунт на полкилометра. Космическая конструкция стоит уже двести лет и простоит еще сотни и тысячи… Ей не страшен даже ядерный взрыв! Стены кратера почти отвесные и поднимаются на 6 километров над поверхностью планеты. Внутри кратера — ровная площадка из застывшей лавы. Но это еще не все. На вершине купола храма действует радиомаяк, а в космосе летает то, что осталось от звездолета, после того, как часть его конструкции ушла на строительство наземного храма. Это — монастырский скит. Первый скит в космосе…

Читать еще:  "Зачем мне исповедь, если не в чем каяться?" Письмо читательницы

Нам предстоят большие исследования и работы. Для экспедиции храм — не так интересен, как сама планета. Да и не слишком подходит наша экспедиция для таких исследований. У нас есть разные специалисты: геологи, биологи и даже психологи. Но нет ни богословов, ни религиоведов, ни тем более специалистов по литургике. Когда наши ребята исследовали храм, они изучали его как обычный брошенный космический корабль. Иногда удивлялись, как один человек смог создать такое. Да, все это создал один человек. Это был командир печально известной экспедиции. Нет, он не покончил с собой. Когда отказала автоматика, спасательный модуль в сторону Земли можно было направить только вручную со звездолета. Иначе бы ни кто не вернулся… Мог ли командир рассчитывать на то, что за ним прилетят. Нет… Вероятно, не все чисто было в экспедиции… Были серьезные нарушения. Иначе зачем было удалять бортовые журналы здесь, на звездолете. Все сохранившиеся информационные источники говорят о том, что командир сделал все чтобы взять на себя вину за случившееся. А врать он не умел, так что все сразу стало ясно.

Оставшись один, он начал молиться Богу. Даже в личном дневнике он описывает некоторые видения. Что это? Прелесть или божественные откровения? А вот икона Богоматери, написанная им. Что то в ней не так. А вот сюжет странный: Богоматерь держит амофор над звездолетом. Ересь? Или же ему действительно было видение? А сам храм… На постройке его использовались биороботы. С т.з. богословия биоробот не имеет души. Если по человечески — то это что то вроде здорового сильного человека, но без мозгов. Дебил короче. Наука пока не может создать человека таким, каким его создал Бог. Тогда почему же на кладбище, где все они похоронены, после того как выработали ресурс стоит крест? Интересно так же, что в храмах все подготовлено для богослужения, однако Царские Врата заварены, вероятно, чтобы ребята типа нас не ходили через них… Но зачем? Вроде бы храм не освящен… Или же он сам. Тело в скафандре почти не изменилось. Что это? Нетленные мощи или просто эффект от скафандра? Конечно, я бы мог посидеть с литературой, однако я не дерзну судить — я просто по возможности точно зафиксирую все что видел и передам это на Землю. А там уже в Патриархии разберутся.

Все, времени на объект нам отпущено не много, завтра мы переместимся в другой район планеты. Я не знаю, смогу ли я еще побывать в этом храме. Единственное о чем мне хочется сейчас помолиться так это о том, чтобы этот монастырь стал действующим. Может быть Бог даст, и я стану первым монахом в этом монастыре…

На этом записи в дневнике обрываются. Вероятно писавший забыл его в служебном помещении храма. Знал ли тогда 28 летний юноша о том, что его мечты сбудутся. Он действительно станет первым монахом этого космического монастыря, и сам же освятит алтарь храма и сам же отслужит в нем первую литургию. Но прежде, чем это случится, пройдет 40 лет… Впереди его ждет тяжелая работа, фактически на износ. Он встретит девушку, которая впоследствии станет его женой и родит ему трех сыновей. Про монашество придется забыть. Фактически от него будет зависеть судьба колонии на планете и монастыря… Богатые сектанты из Международной Организации колонизации космоса будут требовать уничтожить монастырь как нарушение норм единства и равноправия всех религий. Придется даже применить грубую физическую силу — снабдить монастырь электромагнитным экраном и лазерными излучателями, которые автоматически, в случае опасности, уничтожат любого агрессора. Параллельно надо будет оформлять бумаги и судиться за право считать монастырь и все сооружения на планете территорией России. Когда все будет улажено — только тогда он сможет вернуться на Землю. Здесь придется уже в патриархии доказывать право на существование монастыря. Конечно, никто из священников не захочет лететь в такой отдаленный приход и ему придется самому принять священнический сан. Но возраст и болезни возьмут свое. Уже готовясь к переходу в мир иной он расстанется со своей супругой и оба они примут монашество. Уже неизлечимо больным стариком он прилетит на Центавр, освятит храм и проведет в нем первую службу… И он полетит не один. С ним будут несколько молодых священников и послушников. Мечта юноши сбудется, но только после того, как он проживет нелегкую жизнь в миру.

Квест одиночества, или Как я пришла к монашеству

Извините, что отнимаю у Вас время. Мне очень понравился Ваш ответ, спасибо большое. И спасибо за то, что Вы делаете.

Батюшка, посоветуйте, пожалуйста. Мне 26 лет и хотелось бы уже создать полноценную семью, но сомневаюсь, есть ли на это Воля Божия? Может, лучше жить при монастыре и спасаться там (как мне посоветовал игумен Роман Загребнев), тем более, что время такое – не знаешь, как детей рожать и т.д. При этом монаха в себе не вижу. Как, батюшка, можно узнать Волю Божию?

Ответ отца Олега Моленко:

Твой вопрос о выборе образа жизни не нов. Он часто встает перед молодыми людьми. На него нельзя ответить в смысле «что лучше?» – монашество или семейная жизнь, но должно разрешить, что именно тебе лучше. Но в наше страшное время вселенского отступления от Христа и истинной веры нам уже не помогает опыт былых поколений верующих людей, ибо условия и обстоятельства нашей жизни резко изменились в худшую сторону.

Монашество всегда было не только возвышенным, но и вышеестественным образом жизни, почему и именуется ангельским чином или жительством. Вот почему далеко не все люди способны к нему. Богомудрый святитель Игнатий (Брянчанинов), который очень любил монашество, тем не менее не только всем людям вообще, но даже своему родному брату не советовал спешить с пострижением в монахи. Он советовал несколько лет пожить при монастыре и испытать себя на способность к монашеской жизни. Но подобный высокий, трудный и опасный (по возможности попасть в бесовскую прелесть) образ жизни требует не только способности к нему от желающего вести его, но и наличия опытного и непрелестного наставника этому великому делу. Наше время особенно тем, что нет ни истинных монастырей, ни истинных наставников монашескому житию. То, что на виду и по неведению и недоразумению именуется «монашеством» или «монастырями», таковым не является. Если святитель Игнатий в свое время (19 век) вопиял о том, что монастыри из пристаней спасения превратились в погибельные омуты, то что говорить про наше отступнической время. Сегодня жительство в любом известном монастыре непременно приведет к тяжкому повреждению души и погибели. В Писании говорится, что с преподобным будешь преподобным, а с нечестивым развратишься. Ныне же нет в монастырях преподобных, зато нечестивых лицемеров и прелестников бесовских полным полно.

Что же остается? Остается два возможных образа жизни:

  1. одиночество в миру (или монашество без пострига и обетов);
  2. церковный брак.

И тот и другой образы жизни имеют в себе плюсы и минусы.

Большой опасностью для безобетного монашества в миру является повсеместное разлитие блуда, блудной похоти и блудного разврата. Вот почему, чтобы сохранить чистоту, целомудрие и невинность, должно быть адамантом веры и учеником смиренномудрия. Второй опасностью является попадание в подвижническую прелесть по причине как самомнения, самонадеянности и самочиния, так и по причине отсутствия должного руководства.

Семейный образ жизни опасен своей суетой, многопопечительностью и пристрастием к земному, отчего ослабляется вера и растут некоторые страсти. Зато значительно легче в противостоянии блудной страсти и сохранении от господствующего разврата. Главное в семейной жизни (после веры и церкви) – это каждому супругу занимать свое место и избегать раздуваемых бесами конфликтов. Основное оружие бесов против семейных людей – это возбуждение супругов на споры, ссоры, конфликты, вражду и ненависть между собой, а также на занятие не своего места, что становится основой постоянных разборок. Муж и жена так устают от этих разборок, что у них уже не остается ни сил, ни желания на спасительные дела. Появление детей – это появление вместе с радостью дополнительных тревог, забот и печалей. Главная забота у родителей о том, чтобы со временем дети не оставили бы правую веру и не лишились бы спасения.

Теперь измерь себя во всех направлениях и выбирай свою дорогу не в ад, а в рай.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector